b) die fortdauernde unvollständige Erfüllung internationaler Normen in der Rechtspflege und insbesondere das Fehlen ordnungsgemäßer Verfahren, die Verweigerung einer fairen und öffentlichen Verhandlung, die Verweigerung des Rechts inhaftierter Personen auf einen Rechtsbeistand und auf Zugang zu einem Rechtsbeistand, die Nutzung von Gesetzen über die nationale Sicherheit zur Verweigerung der Menschenrechte, die vorherrschende Atmosphäre der Straflosigkeit für Amtsträger, die Menschenrechtsverletzungen begehen, die Drangsalierung, Einschüchterung und Verfolgung von Verteidigern und anderen Rechtsbeiständen, die Verfälschung von Gerichtsakten, die Nichtachtung international anerkannter Garantien, unter anderem im Hinblick auf Angehörige religiöser, ethnischer oder nationaler Minderheiten, ob offiziell anerkannt oder nicht, die Verhängung willkürlicher Gefängnisstrafen und die Verletzung der Rechte Inhaftierter, einschließlich der systematischen und willkürlichen Anwendung langer Einzelhaft, das Fehlen einer angemessenen medizinischen Versorgung für Strafgefangene, die willkürliche Verweigerung von Kontakten zwischen Inhaftierten und ihren Familienangehörigen und die Fälle, in denen Inhaftierte unter ungeklärten Umständen oder infolge allgemeiner Misshandlung während der Haft ums Leben gekommen sind;
b) систематического несоблюдения в полном объеме международных стандартов отправления правосудия и, в частности, отсутствия процессуальных гарантий; отказа в праве на справедливое и публичное судебное разбирательство; отказа лицам, содержащимся под стражей, в праве на представительство адвокатом и доступ к нему; использования законов о национальной безопасности в качестве основания для отказа в осуществлении прав человека; атмосферы безнаказанности, которой пользуются должностные лица, виновные в нарушениях прав человека; притеснений, запугивания и преследования адвокатов ответчиков и правомочных защитников; фальсификации судебных документов; несоблюдения международно признанных правовых гарантий, в частности в отношении лиц, принадлежащих к религиозным, этническим или национальным меньшинствам, как признанным, так и не признанным официально; произвольного назначения наказаний в виде лишения свободы, а также нарушения прав лиц, содержащихся под стражей, включая систематическое и произвольное применение практики длительного одиночного заключения, неоказание надлежащей медицинской помощи заключенным и произвольный отказ в контактах между содержащимися под стражей и членами их семей; а также случаев гибели заключенных при невыясненных обстоятельствах либо в результате ненадлежащего, в целом, обращения в период содержания под стражей;