i) über die weit verbreitete Verhängung der Todesstrafe entgegen den Verpflichtungen, die die Regierung Sudans nach den Bestimmungen des Internationalen Paktes über bürgerliche und politische Rechte1 und anderer Rechtsakte auf dem Gebiet der Menschenrechte eingegangen ist, den Einsatz von Sondergerichten, vor allem in Darfur, bei denen Militärangehörige als Richter fungieren und ein Rechtsbeistand fehlt, über Fälle von Kollektivstrafen und die Verhängung der Todesstrafe über Personen, die zum Tatzeitpunkt jünger als 18 Jahre waren, entgegen den Verpflichtungen der Regierung Sudans aus dem Übereinkommen über die Rechte des Kindes2, wodurch insgesamt ernsthafte Zweifel an der Funktionsfähigkeit der rechtlichen Verfahren entstehen;
i) широкого использования смертной казни в нарушение обязательств, взятых правительством Судана в соответствии с положениями Международного пакта о гражданских и политических правах1, а также других документов в области прав человека, и использования специальных судов, особенно в Дарфуре, когда в качестве судей назначаются военнослужащие, а обвиняемые лишены юридического представительства, случаев вынесения коллективных приговоров и применения смертной казни в отношении лиц, которым на момент совершения преступления не исполнилось 18 лет, в нарушение обязательств, взятых правительством Судана в соответствии с Конвенцией о правах ребенка2, что вызывает серьезные сомнения относительно законной силы юридических процессов;