Sie bekräftigt zwar den "Glauben an die Grundrechte des Menschen", trägt aber kaum zu ihrem Schutz bei, und Artikel 2 Absatz 7 untersagt das Eingreifen "in Angelegenheiten, die ihrem Wesen nach zur inneren Zuständigkeit eines Staates gehören".
Он «утверждает веру в основные права человека», однако мало что делает для их защиты, а статья 2.7 запрещает вмешательство «в дела, по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства».