markdown:
Главная
Стратегии
Финансы
Безопасность
Нормативы
LINE
BURG
<< Пред. стр.
страница 5
(всего 7)
ОГЛАВЛЕНИЕ
След. стр. >>
«Когда вы познаете себя, тогда вы будете узнаны;»
Есть глубокое стремление быть узнанным, более глубокое, чем к самопознанию. Вы хотите быть узнанным, есть глубокое желание, чтобы каждый вас узнал. Оно может быть направлено в неверном направлении, вы можете пытаться привлечь внимание людей с помощью неверных способов, но глубоко внутри это желание имеет зерно, очень важное зерно. Оно говорит, что вы не будете наполнены до тех пор, пока все существование не узнает вас, не будет счастливо с вами.
У вас есть нужда любить, и у вас есть нужда быть любимым. Ответ необходим, иначе все существование мертво; иначе вы лишь один будете знать, а все существование останется молчаливым, как будто ничего не случилось. Человек стал Христом, а все существование осталось неосведомленным, невнимательным, не интересующимся вообще, не счастливым никоим образом, как если ничего не случилось. Как это может быть? Все существование должно узнать, так как вы – не чужие в этом существовании. Это существование — семья, все существует во взаимосвязи. Один просветлен — и его свет наполняет все сердца — ведая или не ведая, везде будет веселье и празднование. Вот почему Иисус говорит:
«Когда вы познаете себя, тогда вы будете узнаны, тогда вы узнаете, что вы — сыновья Отца Живого.»
О чем говорили христиане? Как раз о противоположном. Они говорят: «Иисус Христос — единственный рожденный Сын Бога». Вся догма построена вокруг этого «единственный», так как если все -сыновья, тогда что особенного в Иисусе? Тогда в чем его уникальность? Тогда зачем ему поклоняться? Только для того, чтобы сделать Иисуса особенным, и они забыли, что они идут против Иисуса.
Иисус говорит: ...тогда вы узнаете, что вы — сыновья Отца Живого».
Есть две вещи — первая: все, что существует в этой Вселенной — сын Целому, так должно быть. Вы рождены в нем и через него. Все существование — отеческое по отношению к вам, или даже лучше сказать, материнское. Слово «мать» лучше использовать, чем «отец», но это трудно, так как иудеи остались мужскими шовинистами.
Есть страны мужских шовинистов, даже нации: немцы называют свою страну «фатерлянд» (отечество) — единственная страна, которая известна как «фатерлянд»; все остальные называют себя «родина». Эти немцы -опасные люди, почему «фатерлянд»? Мужчина и его эго. Почему Бог -отец? Почему бы Ему не быть матерью? Почему бы Ему быть «он», а не «она»? Мать кажется более уместной, так как отец не играет такой большой роли в создании сына. Самое большее, он все включает, и только. И отец свободен.
Это можно сделать с помощью обычной инъекции; работа отца может быть проделана при помощи шприца, им можно распорядиться таким образом. Все созидание идет через мать: она вынашивает дитя в течение девяти месяцев; ее кровь, все ее существо вливается в дитя. Вы существуете во Вселенной, как если бы вы находились во чреве. Есть люди, которые используют слово «мать» для Бога. Быть абсолютно верным невозможно, так как Бог и отец, и мать. Он не может быть мужчиной, он не может быть женщиной, так как он все включает. Он — оба: Ардханаришвар, полумужчина, полуженщина. Он оба: он и она.
Но это имеет значение. Когда Иисус учил, ему очень трудно было сказать «Бог — мать», его никто бы не понял. Его аудитория была иудейской, они верили в очень жестокого отца — Бога, очень мстительного; вы шли против него, и Он мстил. Мать никогда не может бьпъ мстительной, она всегда понимает, она всегда прощает. Мать никогда не настаивает на повиновении, отец настаивает. Десять Заповедей не могут исходить от матери, они могут исходить только от отца. Заповедь, приказ — само слово уродливо, как если бы он был генералом, а существование в чем-то подобно военному лагерю — приказы! Здесь вы не повинуетесь на свою собственную ответственность и риск.
Иисус пользуется соответствующим языком, но я знаю, что он предпочел бы «мать». Мать — больше, чем отец; мать существует в центре, отец на периферии, но Бог — это оба. Помните это: я также пользуюсь для Него словом «он», но всегда помните, что когда я говорю «он», это просто для удобства; Он — оба, он и она.
«...вы — сыновья Отца Живою.»
Каждый — сын. Вопреки мнению логиков, социологов и психологов, это не антропоморфизм. Скорее, думая о Боге, как об отце или матери, и думая о себе, как о сыне, вы проецируете человеческие отношения на космические, вы делаете все космические явления семейным делом; вы мыслите в человеческих терминах.
Социологи, психологи, которые говорят, что это антропоцентризм, что человек думает о себе, как о центре, и проецирует собственные термины и чувства на все, утверждают, что такой антропоцентризм неправилен. Но они не поняли: это выглядит антропоцентричным, но и должно выглядеть так, ведь что бы человек ни говорил, все является человеческим. Даже объективная истина окрашивается личностью, которая ее утверждает.
Даже объективное не может существовать без субъективного, субъективное его окрашивает. Даже научные истины не объективны: человек, который их открывает, сам в них включается. Нет возможности прийти к объективной истине, так как знающий всегда ее окрашивает. Все знание — личное. И когда человек утверждает что-либо, это непременно человеческое, ибо это говорит человек. И нет нужды в этом извиняться -это прекрасно.
Когда Иисус говорит, что все мы — сыновья Божьи, это просто символ, аналогия. Что он имеет в виду? Он имеет в виду, что между Создателем и созданным отношения не механические, а органические. Они не похожи на отношения между механиком и созданной им машиной:
механик не отец, он остается отчужденным, вне ее, обособленным. Основное в этом: Бог не может быть от вас обособлен. Он — как ваш отец, преданный вам, живущий через вас, заботящийся о вас, любящий вас, ищущий вас, любым способом создающий блаженный мир вокруг вас, так что вы можете достичь исполнения.
Когда Иисус говорит, что Бог — отец, он имеет в виду все эти вещи: что Вселенная заботится о вас, она помогает вам. Не только вы ищете Бога, Бог также вас ищет. Вселенная не мертва и не обособлена, она отвечает вам с любящим сердцем. Если вы плачете, она плачет с вами. Если вы смеетесь, она смеется с вами. Если вам больно, бытие чувствует боль. Если вы счастливы, все бытие чувствует себя счастливо с вами. Между вами и бытием глубокая связь. Это особое отношение: отношение отца к сыну.
Даже если отец умирает, он надеется жить в сыне; он будет где-то в сыне, сын станет просто новым вариантом отца. Вот в чем значение: сын просто возрождение отца. Вот почему Иисус снова и снова твердит: «Я и Отец мой — одно». Он имеет в виду, что сын представляет Отца, он -Отец. Они соединены вместе; они не два, они одно, отношения органичны. И вам не нужно чувствовать одиночество.
Сейчас весь мир чувствует одиночество. Каждый чувствует себя чужаком, каждый в затруднении. И люди приходят ко мне и спрашивают:
«Как выработать отношение? Что случилось?» Это очень новый вопрос — еще два столетия назад никто не спрашивал об этом. Теперь каждый спрашивает: «Как выработать отношение?» Отношение стало проблемой. Это логичное следствие: если вы не можете выработать отношение к целому, то вы не можете установить отношения ни с кем; если вы можете установить отношение к целому, тогда вы можете установить отношение с любым. Вы не можете выработать правильное отношение к Отцу, если вы не можете установить отношение с миром; это невозможно, так как это -источник всего. Когда исчезает религия, исчезают и отношения.
Страна, ставшая нерелигиозной, всегда чувствует затруднения с отношениями близости. Вы не можете установить отношений со своей женой, братом, сестрой, сыном, отцом, матерью — невозможно! Близкие отношения невозможны, так как исчезла основа близости. Вы отрицаете, вы сказали: «Бога больше нет, Бог умер». Тогда вся Вселенная чужда, вы чувствуете отчуждение, вы чувствуете себя отрезанным, не имеющим отношения; теперь у вас в ней нет корней; вы чувствуете — Вселенной нет до вас дела.
Вселенная ученого и Вселенная религиозного человека, подобного Иисусу, полностью различны. Для ученого Вселенная случайна, нет связей между вами и Вселенной, она безразлична, она не заботится о вас. Вы — случайность, если бы вас не было, Вселенная нисколько бы не почувствовала вашего, отсутствия; если вы есть, ваше присутствие не известно Вселенной. Если вы исчезнете, Вселенная не будет проливать по вам слезы.
Вселенная ученого мертва. Когда вы говорите: «Бог умер» — умерла Вселенная. А если вы живете в мертвой Вселенной, как вы можете установить отношения? Тогда вы живете среди вещей. Все будет случайным и произвольным. Вы должны делать некоторые усовершенствования, но органичного единства не будет. Вы существуете в одиночестве, и несете всю ношу один. Это подобно маленькому потерявшемуся ребенку: он держал за руку отца, теперь он эту руку потерял, он кричит и плачет — и некому услышать.
Именно таково положение человека: маленький ребенок, который держал за руку отца — и теперь он потерялся в лесу. Держась за руку отца, он гулял как император и ничего не боялся. Страха не было, ведь с ним отец, он отвечал за все. Все, что ему было нужно — делалось; ему не нужно было заботиться о себе. Он гулял, он смотрел на бабочек, на цветы, на небо, он наслаждался всем. Жизнь была блаженством. Вдруг он стал сознавать, что руки отца больше нет — он потерял своего отца. Теперь нет ни бабочек, ни цветов, все стало холодным, мертвым, чужим и враждебным. Теперь в тени каждого дерева — опасность; он боится смерти. Из каждого угла в любой момент прыгнет смерть и убьет его.
Лишь за миг до того все было живым, дружественным, была связь между ребенком и всем миром. Почему? Потому, что была рука отца. Через отца Вселенная была дружественная, была связь. Теперь он кричит и плачет, теперь он в беспокойстве и муке. Таково положение современного человека, вы стали неспособны видеть Вселенную как отца или мать. Не удивительно, что каждый невротик! Этот ребенок станет невротиком, этот ребенок станет ненормальным. Этот ребенок всегда станет носить рану в груди, и эта рана всегда будет нарушать все его отношения. Теперь он нигде не сможет почувствовать себя дома.
Посмотрите на свою руку. Разве вы не можете почувствовать в ней космическую руку? Тогда вы будете в затруднении. Вот что говорит Иисус:«Бог — это Отец. Вся Вселенная заботится о вас». Иначе зачем бы вам позволили существовать? Вся эта Вселенная заботится о вас. Она привела вас к сознанию, она хочет привести вас к конечной вершине, к последней вершине Просветления, она помогает вам любыми способами. Даже если вы заблудитесь, она последует за вами. Чувствуйте руку в своей руке, и внезапно изменится вся перспектива.
И Иисус говорит: «Каждый — сын» — не только один Иисус. Но христианство не может существовать, если каждый — сын, тогда в Иисусе нет ничего уникального. Эта позиция фальшива. Каждый сын, и Иисус остается уникальным, так как он это понял, а вы — еще в поиске.
Уникальность — не в природе существа, уникальность — в природе понимания. Иисус знает это, а вы — не знаете. Индуисты всегда говорили, что различие между тем, кто просветлен, и тем, кто невежественен, не в сущности, а в знании. Это подобно тому, как кто-то спит, а вы проснулись, сущность одна и та же, но тот, кто спит — грезит, а вы — не грезите. Трясите его, будите, и он будет таким же бодрствующим, как и вы — его грезы исчезнут. Нужна только тряска. Иисус проснулся, а вы глубоко спите, различие — только в этом. В этом отношении он уникален, а не в сущности. Он сам говорит: «Вы — сыновы Отца Живого».
И второе утверждение – «0тец Живой», ведь обычно отец движется к смерти, физическая часть отца умрет, биологическая часть отца умрет, но космическое Целое будет всегда живым; Оно никогда не умрет, оно -вечно.
Всего лишь несколько десятилетий назад Ницше провозгласил: «Бог умер!» Это невозможно, Вселенная не может умереть, и Бог — не личность. Если бы он был личностью, Он мог бы умереть — личности должны умирать. Бог не имеет формы — формы должны умереть; у Бога нет тела — тела должны умереть. Бог — это все. В Боге мы рождаемся и умираем. Мы получаем форму и форма исчезает, но Целое остается... Целое не может умереть. Целое — это сама жизнь. Так что вы живете не в мертвой Вселенной, но в живом Боге, который -отец, мать; отношения глубоки и органичны. Вы не безразличны, кто-то продолжает за вами присматривать.
Это чувство дает вам корни, тогда вы не чувствуете себя чужим, тогда вы не посторонний, вы — свой. Это ваш дом.
«До если вы не познаете себя, тогда вы в бедности, и вы — беднота...
Это — единственная нищета: незнание себя — нет другой нищеты. Вы можете не иметь богатств, у вас может Не быть больших дворцов, у вас может не быть империй, но все это — не истинные богатства. Только одно является истинным достоянием, и это — самопознание, так как оно не может быть разрушено.
И Иисус говорит: «Ибо если вы не познаете себя, тогда вы в бедности, — и не только это, — «и вы — беднота». Вы бедны. Есть только одна нищета: когда вы не знаете себя. Почему это — нищета? Потому что вы императоры, сыновья Бога Живого! Самое великое из возможного с вами произошло! А вы в этом не уверены, и вы продолжаете нищенствовать.
Все желания — это попрошайничество. Говорят, что если бы желания были бы конями, нищие были бы наездниками. Но если все желания и есть кони, а нищие — наездники, тогда вы все — наездники. Посмотрите на ваших коней! Они — ваши желания: попрошайничество, требования, просьбы — и все они — в вас, но вы никогда посмотрите внутрь. Однажды, когда вы посмотрите, богатства будут открыты — вечные, в изобилии; вы не сможете их исчерпать. И однажды, Когда вы посмотрите внутрь, все бытие поймет ваше императорство, все бытие поймет, кто вы есть: вы -сыновья Целого. Тогда исчезнет все нищенство, вы впервые станете богаты. «Ибо если вы не познаете себя, тогда вы в бедности, — «и вы — беднота».
Я слышал историю: однажды случилось так, что великий Император был очень раздосадован своим сыном, его поведением и образом жизни. Он был единственным сыном, но так сильно рассердил своего отца, что его изгнали из королевства. Он был сыном великого Императора, поэтому он не знал и не умел ничего — императоров ни к чему не приучают. Он не знал, как сделать что-либо, его не научили; все всегда для него делалось, он не представлял, как что-то сделать самому. Но он любил музыку. Это было единственное, что он мог делать, он занимался этим как хобби. Он играл на своем ситаре, это было единственное, что он умел.
Вот он и начал нищенствовать. Он играл на ситаре и просил подаяния. Если императоры теряют империи, им не остается ничего, кроме нищенствования. Это прекрасно, это показывает, что глубоко внутри императоры — нищие. Вы не видите их нищету только из-за их империй. Если империю отбирают, они — нищие, они не могут больше ничего делать. Итак, он нищенствовал десять лет. Он совершенно забыл, что он сын великого Императора. Десять лет — слишком долгий срок, чтобы помнить. А если побираться каждый день с утра до вечера, как помнить о том, что ты сын великого Императора?
Он стал нищим и забыл себя полностью, даже память ушла. А эта память плоха, подобна кошмару, вы хотите ее забыть, так как через нее в разум приходит множество несчастий. Приходит сравнение: «Я, сын великого Императора — нищенствую!» Тогда нищенство становится слишком болезненным. Так что он просто отбросил эти мысли, все забыл, он отождествился с нищенством.
Через десять лет отец начал тосковать о сыне. Он был не совсем прав, сын, его пути были отличны от отцовских, но он был единственным сыном. А теперь отец постарел и в любой день мог умереть. А сын был его наследником, его нужно было вернуть назад. Итак, на его поиски послали визиря.
Визирь отправился. Даже если сын полностью забыл, что он сын Императора, даже если он полностью отождествился с существованием нищего, что-то оставалось, так как это было не частью его памяти, но частью его существа. То, как он ходил, то, как он попрошайничал, было, как у Императора. Он просил подаяние, но так, как если бы вы были ему обязаны; он смотрел так, как будто обязывал вас своим попрошайничеством. Его походка была царственной, его одежды сгнили, но остались прежними одеждами. Он был грязен, небрит, но можно было увидеть под грязью прекрасное лицо. И его глаза: даже в нищете они оставались глазами все той же личности, с той же гордостью. На сознательном уровне он забыл, но бессознательно оставался Царем, наследником великого Императора.
Визирь узнал его. Это произошло в тот момент, когда он попрошайничал. Под деревом несколько человек играли в карты, был летний полдень, очень жаркий, а у него не было туфель, он тяжело дышал и просил о нескольких паисах, говоря: «Дайте мне что-нибудь, я голоден уже два дня». Визирь узнал его и колесница остановилась. Визирь вышел из нее, коснулся ног принца, а принц посмотрел на него и сказал: «В чем дело?» Визирь сказал: «Твой отец, Император, зовет тебя назад. Он простил тебя». В мгновение нищий исчез. Он ничего не сделал, в этот миг он понял только, что «мой отец зовет меня назад, я прощен!» — и нищий — исчез. Человек оставался грязным, в тех же одеждах, но все изменилось: вокруг него была слава, свет, аура.
Он отдавал приказы теперь, попрошайничество исчезло. Он сказал: «Иди на рынок, купи мне туфли и одежды и организуй хорошую ванну». Он взошел на колесницу и сказал: «Отвезите меня в лучшую гостиницу в городе!» А визирь последовал за колесницей пешком. Это — суфийская история. Ваше положение такое же: однажды, когда вас узнает ваш Отец — Бог, ваше нищенство исчезнет — внезапно, в один момент! Ничего не будет с вами сделано, так как вы всегда были одним тем же. Только отождествление было неверным, только в поверхностной части разума вы стали кем-то иным. Глубоко внутри вы остались Божьими детьми.
Но это случится только в том случае, если вы узнаете себя. Тогда вся Вселенная знает вас, узнает вас. И Иисус говорит: . «Ибо если вы не познаете себя, тогда вы в бедности, — «и вы — беднота».
Изречение четырнадцатое...
Иисус сказал:
Блажен человек, который страдал:
он нашел Жизнь.
Иисус сказал:
Глядите на Живого, пока вы живы,
чтобы вы не умерли и не искали увидеть Его,
и не были неспособны увидеть.
Они увидели самаритянина,
несущего барашка по пути в Иудею.
Он сказал своим ученикам;
Зачем этот человек несет с собой барашка?
Они сказали ему:
Для того, чтобы убить его и съесть.
Он сказал им:
Пока барашек жив, тот его не съест,
но только если тот убьет его,
и он станет трупом.
Они сказали:
Иначе тот будет не способен сделать это.
Он сказал им:
Вы сами ищите место для себя в покое,
чтобы вы не стали трупами и не выли съедены.
Иисус сказал:
Двое будут лежать в постели:
один умрет, другой будет жить.
Спешите медленно
С самых давних пор человек спрашивал снова и снова, зачем в жизни страдания. Если Бог — Отец, то зачем столько страданий? Если Бог есть любовь и сострадание, почему существование страдает? И не было удовлетворительного ответа на этот вопрос. Но, если вы понимаете Иисуса, вы поймете ответ. Человек страдает, так как нет иного пути созреть, вырасти. Человек страдает, так как только через страдание он может стать более сознательным. А сознательность — это ключ.
Наблюдайте собственную жизнь: когда вы в покое и комфорте и счастливы — сознательность утеряна. Тогда вы живете во сне, как загипнотизированный, вы живете, как сомнабмула; вы движетесь и что-то делаете, но как лунатик. Вот почему, когда страдания нет, из вашей жизни исчезает религия. Вы никогда не пойдете в храм, для вас это не имеет смысла, тогда вы не молитесь Богу, зачем? Похоже, что причин нет.
Когда же есть страдание, вы обращаетесь к храму, ваши глаза обращаются к Богу, ваше сердце обращается к молитве. В страдании есть нечто, что заставляет вас осознать, кто вы есть, куда вы идете. В миг страдания ваше сознание интенсивно.
Ничто в этом мире не может быть бессмысленно. Это — космос, это не хаос. Вы можете быть неспособны понять — это другое дело, так как вы знаете лишь части, вы не знаете Целого. Ваш жизненный опыт похож на вырванную страницу романа; вы прочли ее, но не нашли никакого смысла, так как это только маленький фрагмент, вы не знаете всей истории целиком. Когда вы узнаете ее целиком, тогда страница станет понятной, тогда она становится согласованной, полной смысла.
В чем же смысл? Это значит знать часть в отношении целого, смысл — это отношение части к целому. Безумец, болтающий на улице — нелеп. Почему? Потому, что вы не можете соотнести его болтовню ни с чем, его болтовня — часть. Но он не говорит ни с кем. Его разговор фрагментарен, это не часть большего целого, вот почему он не согласован. Те же самые слова могут быть использованы другим человеком — точно те же слова -но он их говорит кому-то, тогда они полны смысла.
Почему? Слова — те же, предложения — те же; и об одном человеке вы говорите, что он — безумен, а о другом — нет, почему? Потому, что есть кто-то, кто слушает; фрагмент — не фрагментарен, он стал частью большого целого — он несет смысл.
Отрежьте кусок от картины Пикассо; он не имеет смысла, это лишь фрагмент, а фрагмент мертв. Приложите его опять к картине, и внезапно смысл появится. Он стал соответствовать, так как он стал частью целого. Только когда вы — часть целого, вы и полны смысла. И если современный человек постоянно чувствует, что его жизнь — бессмысленна, то это потому, что отрицается Бог, или забывается.
Без Бога человек никогда не сможет быть полным смысла, так как Бог — значит целое, а человек — фрагмент: Вы — лишь строчка из стиха — в одиночестве вы — просто чепуха. Значение появляется лишь с целой поэмой, так как значение содержится в отношениях целому. Помните это.
Я вспомнил о сне Бертрана Расселла. Он был атеистом, он никогда не верил в Бога. Он никогда не видел никакого более широкого смысла, который мог бы охватить Целое. Ему приснился сон: однажды ночью он услышал, что кто-то стучит в дверь. И вот во сне он пошели открыл дверь, и увидел старого Бога, стоявшего на пороге. Он не мог поверить своим глазам, ведь он никогда не верил в Бога — он помнил об этом даже во сне: «Я не верю в Бога». Но старик выглядел таким всеми забытым, всеми заброшенным; его одежды были изорваны, его лицо и тело покрывала грязь, он выглядел таким несовременным — как потемневшая картина, на которой вы не сможете ясно разобрать, что изображено. Рассел почувствовал к нему сильную жалость. Просто поприветствовав его, он сказал: «Входите!» Он дружески похлопал его по спине и сказал: «Не унывайте!» А потом он проснулся, и все исчезло.
Таково положение современного человека, современного разума. Бог — несовременен. Вы либо против него, либо, самое большее, жалеете его. Через жалость вы можете пытаться утешить его, но он больше не имеет значения для вас — просто несовременная картина, потемневшая, бесполезная, старье из прошлого. Либо Бог мертв, либо смертельно болен, на своем смертном одре. Но если Целое — мертво, как может быть исполнен смысла фрагмент? Если Целое устарело, как часть может быть свежей, новой и молодой? Если все дерево мертво, тогда любой лист дерева, думающий, что он жив — просто глуп. Ему может понадобиться немного больше времени, чтобы умереть, но если дерево мертво, лист должен умереть — он уже умирает. Если Бог мертв, человек не может жить. И он смертельно болен, так как без Целого фрагмент не имеет смысла. Но когда вы счастливы — это проблески счастья, а не счастье действительное — когда вам удобно, когда вы в покое, когда ничто вас не тревожит, тогда вы думаете, что вы — Целое. Но это ошибочно. Когда вы страдаете, вы внезапно осознаете, что вы не те, какими могли бы быть, что-то неправильно, туфли жмут. Что-то плохо, и нужно некое преображение. Таково значение страдания.
Страдание дает вам сознательность; страдание дает вам чувство, что вы должны преобразиться, вы должны стать новым, вы должны возродиться. Такие, как вы есть, вы страдаете, так что что-то должно быть сделано.
Иисус сказал: «Блажен человек, который страдал: он нашел Жизнь».
Выглядит абсурдно и парадоксально! Он говорит: «Блажен человек, который страдал...». Мы всегда называем блаженным человека, который никогда не страдал. Но видели ли вы хоть одного человека, который бы никогда не страдал? Если вы и увидите такого человека, вы найдете его совершенно незрелым, детским, без всякого роста, без глубины, без сознательности — это идиот. И вы никогда не сможете сказать, что он блажен.
Только тот, кто никогда не пытался жить, кто избегал жизни, может избегнуть страдания. Вот почему в очень богатых семьях рождаются только идиоты, так как они очень хорошо защищены. А когда вы кого-то слишком хорошо защищаете, это — не защита от смерти, это защита от жизни. Но в этом — проблема: если вы хотите защитить кого-то от смерти, вы должны защищать его от жизни, так как жизнь ведет к смерти. Так что не живите, если вы боитесь умереть — это простая логика, не будьте живыми, если вы боитесь умереть, отрежьте все измерения, в которых существует жизнь. Тогда вы сможете просто жить растительно.
Иисус не может назвать растительную жизнь блаженной, никто не может сказать, что растительная жизнь блаженна. Это самое большое несчастье, которое может произойти с человеком, потому что он никогда не вырастет до осознавания и завершенности; он никогда не достигнет высших уровней сознания, так как эти высшие уровни входят в существование только тогда, когда их добиваются. Страдание — это вызов; когда вы страдаете, вам брошен вызов, тогда есть проблема. Когда вы сталкиваетесь с проблемой, только тогда вы растете. Больше опасности — больше роста, больше безопасности — меньше роста. Если все вокруг вас безопасно, вы уже в своей могиле, вы больше не живы. Жизнь существует в опасности, жизнь всегда существует в возможности заблудиться. Но тот, кто является заблудшим, может вернуться назад; тот, кто проиграл, может добиться успеха.
Наполеон был побежден. Он написал в своем дневнике прекрасную сентенцию — иногда безумец бывает очень наблюдателен — он сказал: «Только бой проигран, только битва проиграна, а не война». Но если вы хотите выиграть войну, вы должны проиграть множество битв. Если вы боитесь проиграть битву, вы никогда не вступите в войну, тогда нет возможности.
Когда вы проигрываете в чем-то, это не окончательное поражение, вы можете его преодолеть. В следующий раз вам не нужно будет этого снова делать, в следующий раз вам не нужно будет совершать ту же ошибку и ту же оплошность, в следующий раз не нужно будет страдать. Мудрый человек страдает столько же, сколько и не мудрый, но каждый раз по-разному. Мудрый человек совершает столько же ошибок — даже больше, чем глупец, но он никогда не повторяет одну и ту же ошибку дважды. Это — единственное отличие: количество может быть большим, но качество различно. Идиот может не совершать много ошибок, он может их вообще не совершать, потому что он никогда ничего не делает.
Вы можете совершить ошибку, когда делаете что-то. Вы можете заблудиться, если ищете и исследуете. Если вы не идете по пути, если вы просто сидите дома, как вы. можете заблудиться? Если вы ничего не делаете, вы никогда не совершите ошибок, вы будете безошибочным человеком, но вы никогда не сдвинетесь с места, вы будете просто гнить, будете вести растительную жизнь и умирать. Никогда не бойтесь делать ошибки, просто помните, что нет нужды делать дважды одну ошибку. Зачем дважды делать одну и ту же ошибку? Ошибку повторяют, если в первый раз вы ничему не научились. Вот почему вы делаете ошибки снова и снова. Люди продолжают делать те же ошибки, повторять их всю жизнь, они движутся по кругу. Вот почему индуисты назвали этот мир сансарой.
Сансара означает колесо: вы просто повторяете одни и те же ошибки снова и снова. Ситуации могут меняться, но ошибки остаются теми же, того же качества. Что это показывает? Это показывает, что вы — небдительны, иначе вы не могли бы вновь совершить ту же ошибку. Совершите другую, так вы будете учиться. Никто не учится без ошибок. Когда вы совершаете ошибку, вы должны страдать. Никто не учится без страдания. Индуисты говорили, что вы должны родиться снова и снова, так как вы еще не выросли.
Только выросшая личность выходит за пределы этого мира. Тот, кто не вырос, должен снова свалиться в яму, он должен учиться. А каждая учеба-это тяжкий путь, там нет поблажек. Этот тяжкий путь-страдание. Не защищайтесь от страдания, скорее наоборот, входите в страдание настолько полно, насколько возможно. Примите вызов, столкнитесь с ним1 Через это вы вырастете. Попробуйте превзойти его, выйти за его пределы. Не бойтесь, как только вы станете бояться — вы уже умираете, Вот почему Иисус говорит: «Блажен тот человек, который страдал: он нашел Жизнь». Тот, кто страдает, становится более бдительным, а бдительность — ключ к храму Жизни. Чем более вы бдительны, тем более осознаете...
В чем различие между вами и деревом? Деревья прекрасны, но они -не выше вас, так как они бессознательны. Камень, скала даже ниже уровня деревьев, еще более бессознательны. Камень тоже страдает, но он не сознает. Дерево также страдает, но не сознательно — и если вы также страдаете без сознания, тогда в чем разница? Тогда вы — просто движущееся дерево.
Самое сокровенное, основное, что делает вас человеком, еще не произошло. Человеком вас делает сознание. И в этом его красота: когда вы сознательны, страдание исчезает. Страдание приходит с сознанием, но если вы становитесь все более и более сознательны, страдание исчезает. Этот закон должен быть понят: если ваше сердце страдает, это приносит сознание, вы осознаете свой опыт своим разумом. Вы осознаете свое тело только тогда, когда что-то не так.
В санскрите есть прекрасное слово для страдания. Его называют ведам, оно имеет два значения: одно — страдание, и другое — знание. Ведана имеет тот же корень, что и веда. Веда означает источник знания. Те, кто ввел слово ведана в обращение, поняли тот факт, что страдание есть знание. Потому они использовали одинаковое слово в обоих случаях.
Если вы страдаете, вы становитесь сознающим. Желудок ощущается только при желудочной боли. Он может быть и до этого, но не в вашем сознании. Вот почему медицина, в частности, «Адюрведа», определяет здоровье, как бестелесность: если вы не знаете о теле, вы здоровы; если вы знаете о теле, что-то не в порядке, так как знание существует только тогда, когда что-то идет не так. Если вы шофер — всего лишь слабый шум в моторе — и вы становитесь сознательным, до этого все было ровным гудением, все было монотонным, все было в порядке. Небольшой шум где-то в двигателе или в других частях машины, и вы начинаете сознавать, что что-то идет не так. Только когда' что-то идет не так, вы начинаете осоз-навать.
И если вы становитесь истинно сознающим, вы не станете углубляться в неверное, даже наоборот, вы будете расти в своей сознательности все более и более. Тогда происходит другое явление: вы осознаете, что боль — есть, неудобства — есть, страдания — есть, но оно не в вас, оно вокруг вас, на периферии. В центре есть осознание, на периферии — страдание, как если бы страдание принадлежало кому-то другому, вы не отождествлены. Тогда головная боль есть, но она не болезненна для вас, она болезненна для тела, и вы это просто осознаете. Тело становится объектом, а вы становитесь субъектом — есть разрыв.
В сознательности все мосты разрушены, и разрыв немедленно присутствует. Вы можете видеть, что тело страдает, но отождествление разрушено. Страдание приводит к осознанию, осознание разрушает отождествление, и это — ключ к жизни.
«Блажен человек, который страдал: он нашел Жизнь.»
Иисус на кресте — это просто символ конечного страдания, совершенного страдания, вершина страдания. Когда Иисус был на кресте, в последний момент он немного волновался. Страдание было слишком велико. Это было не обычное страдание, и не обычная телесная боль, это была мука- не только физическая, но и глубокая психологическая мука. И причиной муки было вот что: он вдруг подумал: «Не забыт ли я Богом..? Почему это должно со мной случиться? Я не сделал ничего плохого. Почему меня должны распять? Зачем эта боль? Зачем это распятье? Зачем мучить меня?» И он спрашивал Бога: «Зачем?».
Это должно было быть очень глубоким моментом в муке, когда потрясены все основы, и даже ваша вера потрясена. Боль была столь сильна — всеобъемлющая мука! Те самые люди, ради которых он жил, ради которых работал, кому он служил, кого он исцелял — они убивали его, и безо всяких причин. Он спрашивал Бога: «3ачем? Почему это случилось со мной?» Потом он вдруг понял зачем, потому что он стал очень осознающим, в момент распятия он стал истинно осознающим.
Я всегда говорю, что до этого момента он был Иисусом, после этого он стал Христом. В тот момент произошло полное преображение. До него он подходил ближе, ближе, но последний прыжок произошел именно в тот момент: Иисус исчез и появился Христос — мгновенное превращение.
Что произошло? Он сказал: «Зачем это страдание мне? Ты забыл меня? Я покинут?» И немедленно после этой муки он сказал: «Нет! Да будет воля твоя!» Он принял это. Почему было отрицанием, потому что вопрошание означает сомнение. Теперь он понял это и сказал: «Я принимаю, и я понимаю. Да будет воля Твоя, не моя, потому что моя будет неверной». И тогда он расслабился, тогда пришло облегчение, окончательная капитуляция. В момент смерти он принял также и смерть. В этом принятии он стал Вечной Жизнью — ключ был найден. Вот почему он говорил:
«Блажен человек, который страдал, он нашел Жизнь».
Когда вы страдаете — не жалуйтесь, не создавайте из этого муки. Смотрите на страдание, чувствуйте его, наблюдайте его, глядите на него под всевозможными углами. Сделайте его медитацией, и смотрите, что происходит: энергия, которая уходила на болезнь, энергия, которая творила страдание, преображается, меняется ее качество. Та же самая энергия становится вашим осознаванием, потому что в вас — не две энергии, энергия — одна. Вы можете сделать ее сексом, вы можете преобразить ее и сделать любовью, вы можете преобразить ее еще выше и сделать осознаванием — энергия все та же.
Когда вы страдаете, вы тратите энергию, в вашей муке вы тратите энергию, энергия пропадает. Когда есть страдание, встряхнитесь. Закройте глаза и посмотрите на страдание. Каким бы оно ни было — духовным, физическим, экзистенциальным — посмотрите на него, сделайте его медитацией. Смотрите на него так, как будто бы оно было объектом. Когда вы смотрите на свое страдание, как на объект, вы отделены, вы больше с ним не отождествлены, мост разрушен. И тогда энергия, которая шла на страдание, больше не движется в этом направлении, моста больше нет. Мост — это отождествление: вы чувствуете, что вы — тело, тогда энергия идет в тело. Когда вы чувствуете любое отождествление, ваша энергия туда и направляется... '
Вы можете этого не знать, но вы можете попробовать провести простой опыт: если вы любите женщину, просто сядьте рядом с ней и почувствуйте отождествление, как если бы вы были женщиной, любимой, и дайте женщине почувствовать, что она — это вы, любимый. Просто ждите и чувствуйте отождествление. Внезапно вы оба почувствуете энергетический удар. Вы оба почувствуете, что некая энергия перешла от одного к другому. Влюбленные должны почувствовать, что энергия как бы прыгнула, как при электрошоке, и достигла другого. Когда вы отождествлены с чем-то, есть мост, и анергия может через него перейти.
Когда мать кормит свое дитя, она не просто дает ему свое молоко, как обычно думают. Теперь биологи установили более глубокий факт, и они говорят, что она кормит энергией — молоко лишь физическая часть. А они проделали множество опытов: ребенок растет, ему дается пища — совершенная, насколько это возможно, все, чего достигла медицина. Дается все, но ребенка не любят, не прижимают к себе, мать его не касается. Молоко дается через механические приспособления, ему делают инъекции, ему дают витамины — все на высоком уровне. Но ребенок перестает расти, он начинает отклоняться в своем развитии, как если бы жизнь от него отделялась. Что происходит? Ведь все, что ему давала мать, ему дается.
Так произошло в Германии во время войны: много маленьких сирот было помещено в больницу. В течение нескольких недель все они почти умирали. Половина из них умерло, хотя принимались все меры. С точки зрения науки они были в порядке, делалось все необходимое. Но почему они умирали? Потом один психоаналитик пришел к выводу, что им нужно прижимание к груди, чтобы к ним прикасались, чтобы кто-то давал им почувствовать свою значимость. Пища — еще не все. Иисус говорит: «Не хлебом единым жив человек». Необходима еще некая внутренняя, невидимая пища. Так что психоаналитик сделал правилом, что кто бы ни заходил в комнату- сиделка, врач, служитель — они должны были минимум пять минут провести с детьми — поиграть с ними, обнять их. И они перестали умирать, они начали расти. С тех пор было проведено много опытов...
Когда мать обнимает дитя, течет энергия. Эта энергия — невидима, мы называем ее любовью, теплом. Что-то переходит от матери к ребенку и не только от матери к ребенку, но и наоборот. Вот почему женщина становится столь прекрасной, когда становится матерью. До этого что-то отсутствует, она — не полна, круг разорван. Когда женщина становится матерью, круг завершен. К ней из некоего неизвестного источника приходит красота. Так что не только она кормит дитя, дитя также кормит мать. Они счастливы друг в друге. И нет других отношений, которые были бы столь же близкими. Даже влюбленные не настолько близки, потому что ребенок выходит из матери, из самой ее крови, плоти и костей; ребенок — просто продление ее сущности. Это никогда не произойдет вновь, никто не может быть настолько же близок. Любимый может быть у вашего сердца, но ребенок жил в сердце. Материнское сердце билось, это было сердцебиением ребенка, у него не было другого сердца. Материнская кровь циркулировала в нем, у него не было независимости, он был просто частью ее. В течение девяти месяцев он оставался частью матери, органически соединенной, одним с ней. Жизнь матери была его жизнью, смерть матери была его смертью. Это продолжается и впоследствии: существует перенос, передача энергии.
Когда есть страдание, становитесь сознающим, тогда мост разрушен, тогда нет переноса энергии к страданию. Страдание уменьшается, потому что страдание — ваше дитя. Вы дали ему рождение, вы — причина, а лотом вы его кормите, и оно растет, а выстрадаете больше. Тогда вы жалуетесь, тогда вы несчастны, тогда все ваше внимание отождествлено со страданием.
Я слышал, будто встретились однажды на базаре две пожилые женщины. Одна спросила другую, как та себя чувствует, так как она всегда болела. Есть женщины, которые всегда чувствуют себя больными. Что-то идет не так, это — не болезнь, это нечто более глубокое, невроз, они не могут быть в покое, если не болеют, болезнь стала частью их эго. Она спросила: «Как вы себя чувствуете?».
Женщина, которая чувствовала себя больной, или говорила о болезнях, сказала: «Очень плохо — никогда не было так плохо. Меня мучает артрит, частые головные боли, боль в желудке — просто ужасна, и ноги болят... Другая сказала: «Тогда пойдите к врачу».
Первая ответила: «Да, да, я пойду, когда почувствую себя лучше». Но это всегда так и бывает: вы пойдете к врачу, когда почувствуете себя лучше. Но когда кто-то чувствует себя лучше, он никогда не идет к врачу, тогда нет нужды. Идите к врачу, когда вы страдаете; молитесь, когда есть страдание; медитируйте, когда страдаете. Не говорите: «Я буду медитировать, когда почувствую себя немного лучше. Это не поможет -вы не будете медитировать. Вы упустили блаженный момент — момент страдания. Медитируйте, становитесь бдительным и сознательным. Не утрачивайте благоприятного случая, это — блаженство.
Используйте все ваше страдание для медитации, и вскоре вы узнаете, что страдание исчезает, потому что энергия начинает двигаться внутрь. Она не движется к периферии, к страданию, вы не питаете свое страдание. Это кажется нелогичным, но в этом согласны все мистики мира: что вы питаете ваше страдание и наслаждаетесь этим очень тонким образом, вы не хотите быть в порядке — в этом что-то есть.
Будды, Заратустры, Иисусы говорили напрасно, вы их не слушаете. Они говорят, что есть возможность высшего блаженства. Вы их слушаете и говорите: «Хорошо, когда-нибудь я этим займусь, когда почувствую себя лучше». Но когда вы счастливы, что .еще нужно? Вот почему Будда продолжает настаивать: «Вся жизнь — дуккха, страдание — не ждите! В жизни, которой вы живете, не может быть счастья. Проснитесь, посмотрите. То, что вы называете жизнью — мука». Люди думают, что он — пессимист. Он им не является, но он подчеркнул этим нечто... Но вы настолько привязаны к своему страданию, что не понимаете.
В чем дело? С самого начала, с раннего детства нечто происходит неправильно, и дело вот в чем: когда ребенок болен, ему уделяется больше внимания. Это создает неверную ассоциацию: мать его больше любит, отец больше заботится, вся семья помещает его в центр, он становится самой важной личностью. Никто не заботится о ребенке в ином случае, если он в порядке, заботятся, если что-то не так. Если этот трюк выучен, тогда, если вы больны, вы становитесь особым, тогда каждый должен оказывать вам внимание, а если они не оказывают внимания, вы можете заставить их почувствовать вину... И никто не может вам ничего сказать, потому что никто не скажет, что вы сами ответственны в своей болезни.
Если ребенок делает что-то неверно, вы можете сказать: «Ты за это отвечаешь». Но если ребенок болен, вы не можете ничего сказать, потому что болезнь с ним никоим образом не связана — что он может сделать? Но вы не знаете фактов: девяносто процентов болезней — творчество самих больных, это вызвано ими, чтобы привлечь внимание, стать важным, стать любимым. И ребенок учится трюку с большой легкостью, так как основная проблема ребенка в том, что он беспомощен. Основная проблема, которую он постоянно чувствует, это то, что он — слаб, а лее — сильны. Но когда он болен, он становится сильным, а все — бессильными. Он понимает это.
Ребенок очень чувствителен к тому, что узнает. Он узнает: «Даже отец, даже мать — ничто, все — ничто по сравнению со мной, когда я болен». Тогда болезнь становится чем-то весьма значительным, она становится достоянием. Когда он чувствует неприятности в жизни, когда он чувствует: «Я — беспомощен», — он впадает в болезнь, он создает ее. И это — проблема, глубокая проблема, ведь что с этим можно сделать? Когда ребенок болен, каждый должен уделить внимание.
Но теперь психологи предлагают следующее. Когда ребенок болен, заботьтесь о нем, но не уделяйте ему слишком много внимания. О нем нужно заботиться медицински, но не психологически. Не создавайте никаких ассоциаций в его разуме, что за болезнь платят, иначе всю свою жизнь, когда он почувствует, что ему плохо, он будет заболевать. Тогда его жена не сможет ничего сказать, тогда никто не сможет его обвинить, ведь он болен. И каждый должен его жалеть и проявлять чувства.
Девяносто процентов: страданий существует из-за того, что вы ассоциируете нечто, что выглядит приятным, с болезнью и страданием. Отбросьте эти ассоциации целиком, отрежьте их полностью! Страдание — это просто трата вашей энергии. Не включайтесь в него, не думайте, что оно оплачивается. Есть только один способ, которым можно оплатить страдание, это — сознательность. Оставайтесь сознательным.
Помните, как отбросить эти ассоциации: первое, никогда не говорите о ваших страданиях. Страдайте, но не говорите об этом. Зачем вам говорить о них? Зачем люди продолжают говорить о своих страданиях и надоедают другим? Кому это интересно? Но чтобы вас не обидеть, если вы начали говорить о болезнях и мучениях, другие должны терпеть это — но они начинают убегать .., они стремятся улизнуть от вас. Никто не хочет слушать, у всех достаточно своих страданий. Кого заботят ваши страдания? Не говорите о них, это создает ассоциации.
Не жалуйтесь, так как тогда вы просите о чувствах, о жалости и сострадании. Не просите, не продавайте ваше страдание — заберите назад ваш вклад. Страдайте частным образом, не делайте страдание публичным — тогда оно станет тапасчарьей, оно станет аскетизмом, одним из самых лучших страданий. Но посмотрите на ваших святых: если они практикуют таткчарью, аскетизм, они делают это публично. А я говорю: сделайте ваше страдание частным делом, тогда оно становится тапа, настоящей аскезой. Они делают его публичным, они объявляют, что они продолжают длительный пост — все должны знать.
Это — дети, сошедшие с ума. Это ребячество: Они вложили в это больше, чем вы: они зависят от своих страданий, их престиж зависит от их страданий — внимание всей страны или всего мира. Они — большие трюкачи, они используют страдание для эксплуатации других. Но это -то, что делают все, только они довели это до высшей точки. Не делайте этого, не старайтесь быть жертвой, это бесполезно. Не будьте эксгибиционистами!
Страдайте частным образом, страдайте настолько лично, чтобы никто не догадался, что вы страдаете. А потом медитируйте над этим: не отбрасывайте этого, накапливайте это внутри, а потом закрывайте глаза и медитируйте над этим. Тогда мост будет разрушен.
Вот что Иисус имеет в виду, когда говорит: «Блажен человек, который страдал, — это техника для страдания, используйте его как метод — он нашел Жизнь».
Страдание принадлежит смерти, сознательность — принадлежит жизни. Разрушьте мост, и вы узнаете, что что-то в вас и вокруг вас умирает — это принадлежит смерти; и что-то в вас, ваша сознательность, не умирает, она бессмертна, она принадлежит жизни. Вот почему страдание может дать вам ключ к жизни.
Иисус сказал:«Глядите на Живою, пока вы живы, чтобы вы не умерли и не искали увидеть Ею, и не были неспособны увидеть».
Такова техника:«Глядите на Живого.. ».
В вас есть тот, кто Жив, и тот, кто уже умер. В вас встречаются два мира, мир материи и мир духа — вы существуете на границе. В вас встречаются два царства — царство смерти и царство жизни — вы существуете между ними. Если вы уделяете слишком много внимания тому, что принадлежит смерти, вы всегда будете оставаться страдающими и исполненными страхом. Если вы уделяете внимание вашему центру, который принадлежит жизни, вечной жизни, бессмертию — страх исчезнет.
Иисус говорит:
«Глядите на Живою, пока вы живы …Не упускайте, потому что в момент смерти это будет очень трудно — смотреть на Живого.
Если всю вашу жизнь вы были внимательны к царству смерти -царству вещей, царству материи и мира — если вы были внимательны только к царству смерти, это будет трудно, почти невозможно — посмотреть на царство жизни, когда вы мертвы или когда вы умираете. Как можете вы вдруг обернуться в другую сторону? Это будет невозможно, вы будете парализованы. Всю вашу жизнь вы смотрели наружу, ваша шея будет парализована, вы не сможете обернуться. Для этого нужно постоянное движение к миру бессмертия.
Пока вы живете «Глядите на Живою, пока вы живы...».
Когда у вас миг молчания, закройте глаза и смотрите внутрь, чтобы ваша шея оставалась подвижной, иначе в момент смерти вы будете парализованы. Вы хотели бы увидеть вечную жизнь, но вы будете неспособны, так как не сможете обернуться.
«...чтобы вы не умерли и ив искали увидеть Его, и не были неспособны увидеть.»
А это внутри вас, но вы стали фиксированными, одержимыми. Одержимость внешним должна быть разрушена. Нет нужды бежать в леса, это не поможет, но за двадцать четыре часа вы имеете достаточно моментов, чтобы взглянуть внутрь. Не упускайте их. Когда бы вы ни нашли время, закройте глаза, даже лишь на миг, и глядите внутрь, на Живого. Он там, нужна лишь небольшая практика, чтобы увидеть и стать настроенным на внутреннюю темноту. Сейчас там темно, вы настроены на внешний свет.Когда вы настроитесь на внутренний свет, вы увидите, что это рассеянный свет, а не тьма; очень тихий, очень утешающий и ласковый свет — но не интенсивный, это — сумерки. Это как если бы солнце еще не взошло, а ночь — почти ушла. Это то, что индуисты называют Брахмамухурта.Почему они называют это Брахманухурта, момент Бога? Они называют это из-за этой внутренней вещи: когда вы обращаетесь внутрь, внешний свет уходит и внутренняя тьма еще не ушла, человек должен настроиться, только тогда она уйдет. Это — сумерки, сандхьякала, момент, когда нет ни света, ни темноты. Это называют Брахману хурта, момент божественного. Настраивайтесь, смотрите, ждите, наблюдайте. Скоро ваши глаза привыкнут, и вы станете способны видеть.Интенсивного света нет, просто рассеянный свет, он не рожден солнцем. Это просто ваш естественный свет, не рожденный больше ничем. Это ваш собственный свет, ваша собственная внутренняя аура -он там. Когда бы вы ни нашли время, не упускайте его. А тогда вы найдете еще моменты: ложась спать, смотрите, день закончен, мира смерти больше нет, вы отдыхаете — смотрите внутрь. Утром, когда вы впервые осознаете, что сон ушел, не нужно выпрыгивать из постели в мир. Подождите немного, закройте глаза, посмотрите вовнутрь! Это молчание. Ночной отдых помогает. Вы не такие напряженные; легче двигаться вовнутрь.Поэтому все религии мира настаивают на молитве перед сном. И на молитве, когда вы просыпаетесь. Эти моменты очень хороши: по вечерам вы устаете от мира, вы пресытились миром, вы готовы посмотреть на что-нибудь еще. Утром вы отдохнули, и отдых помогает, вы можете посмотреть на внутреннее. Вот о чем говорит Иисус:«Глядите на Живого, пока вы живы, чтобы вы не умерли и не искали увидеть Его, и не были неспособны увидеть»
Он будет там, но вы будете неспособны увидеть Его из-за неверной практики всей вашей жизни.
Они увидели самаритянина, несущего барашка по пути в Иудею. Он сказал своим ученикам: «Зачем этот человек несет с собой барашка?»Они сказали ему: «Для тою, чтобы убить его и съесть»,
Он сказал им: «Пока барашек жив, тот его не съест, но только если тот убьет его, и он станет трупом».Они сказали: «Иначе тот будет не способен сделать это. Он сказал им: Вы сами ищите место для себя в покое чтобы вы не стали трупами и не были съедены».
Ваше тело становится пищей для червей, для птиц. Ваше тело и есть пища, и ни что иное; она не может быть ничем иным — ваше тело появляется из пищи. Вот почему, если вы не едите, ваше тело начинает исчезать. Если вы продолжаете поститься, килограмм тела каждый день будет исчезать. Куда идет это тело? Каждый день вы насыщаете его пищей, это побочный продукт пищи. Когда вы умираете, что становится с телом? Мир использует его, как пищу: черви земные съедят вас, или птицы небесные склюют вас. Это приводит вас в страх, вы полны предчувствий, что «меня съедят». Из-за этого по всему миру люди создавали способы не быть съеденным. Но они глупы!
Индуисты сжигают тела только для того, чтобы его не съели. Мусульмане помещают мертвое тело в гроб и зарывают в могилу только для того, чтобы защитить его. Христиане делают то же самое. Только зороастрийцы этого не делают: они оставляют тело, чтобы оно стало пищей. Они самые естественные в этом вопросе, а также самые научные, ведь вы не должны разрушать пищу. Вы ели животных, птиц, плоды всю вашу жизнь, и теперь вы накопили девяносто килограммов тела — и вы разрушаете его, сжигаете его. Это — нехорошо, вы неблагодарны по отношению к миру. Вы должны вернуть его миру пищи — это пища!
И почему вы думаете, что сжигание — лучше, бросание в огонь — лучше, чем оставить на съедение птицам или червям, или животным? Ведь там тоже горит огонь — в желудке птицы или льва, тот же огонь разрушит ваше тело. Но это — естественный огонь, и в конце концов, ваше тело утолит чей-то голод.
Только парсы остались естественными в этом вопросе, но даже они теперь тревожатся, ведь все говорят: «Это — плохо, бросать своего отца или мать. Что вы за люди? Вы очень жестокие! » А бросание трупа в огонь не жестоко? Или закапывание глубоко в землю не жестоко? Они более экологичны, они завершают круг. Индуисты, мусульмане и христиане -менее экологичны, они разрушают круг, и это нехорошо.
Иисус говорит: «Если вы не понимаете Внутреннего, Живого, Сознающего, тогда вы будете просто съедены, вот и все». Вся ваша жизнь была напрасна: вы едите всю вашу жизнь, работаете, чтобы есть, и потом вас съедают — вот и вся история. «Сказка, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, и ничего не значащая». Вся жизнь — борьба за еду, а лотом — быть съеденным? Какой в этом смысл?
Иисус говорит: «До того, как вы умрете, до того, как вас съедят, осознайте, что в вас — не пища, что в вас не создается при помощи пищи». Тогда вы поймете еще одну вещь.
Все религии говорят о посте. Почему? Потому, что когда вы поститесь, становится более интенсивной сознательность, так как она — не часть пищи. В действительности, пища разрушает сознательность, к когда вы не едите, вы становитесь более сознательны, пища дает вам некий вид сна, она — яд. Так что если вы едите слишком много, вы тут же чувствуете себя сонным, это как алкоголь; когда вы поели, вы должны идти спать. Если же вы поститесь, вы найдете, что в эту ночь трудно спать. Вы думаете, что это из-за голода? Нет, это из-за отсутствия пищи — сознательности становится больше.
И если вы держите долгий пост, на третий, четвертый или пятый день голод исчезает, так как тело требует три — пять дней — у тела нет долгой памяти, оно требует несколько дней, и если вы не слушаете его, тело организует все иным образом. У тела — двойная организация, это нужно в целях безопасности. Каждый день вы должны есть, чтобы дать телу ежедневную порцию. Если вы не даете ее в течение нескольких дней, тогда у тела есть запасы, накопленный жир — который накапливает плоть.
Любой обычный здоровый человек накапливает жира по крайней мере на три месяца, это — резервуар. Когда тело думает, что вы не даете ему пищи, оно начинает использовать свой запас. Когда оно начинает есть из своего собственного резервуара, тогда сознание в это уже не включается. Вам уже не нужно идти и добывать, и работать, и уставать, а потом давать телу пищу. А когда вы даете пищу, перевариваете ее, нужна вся ваша энергия. Вот почему немедленно после принятия пищи ваша голова чувствует сонливость: потому что энергия, которая работала на сознание, обращается на желудок, чтобы работать в качестве выжимающей силы; она немедленно движется туда.
Так что люди, которые слишком много едят, не могут хорошо медитировать, это невозможно! Они могут хорошо спать, но не могут быть сознательными, они не могут быть хорошо осознающими. Они -пища, и ничего более — и они будут съедены: вся их жизнь — это пищевой цикл. Все религии осознали, что если вы поститесь, сознательность увеличивается, так как когда нечего переваривать, анергия высвобождается! Нечего принимать и отбрасывать, все работы останавливаются. Работы на фабрике тела больше нет, фабрика закрыта. Тогда вся энергия, которую вы получили, становится сознательностью. Вот почему трудно спать, когда вы поститесь.
И если вы постились по крайне мере двадцать, тридцать дней, сорок дней, у вас появится новый тип сна: ваше тело будет слать, а вы будете оставаться бдительным; Вот о чем Кришна говорит АрДжуне: «Когда любой спит, йог остается бодрствующим». Вот о чем говорит Будда:
«Даже когда я сплю, я не сплю — только тело спит». Вот почему, когда слал Махавира, он никогда не двигался во сне — даже на мгновение. Он никогда не ворочался, он оставался бдительным. Он говорил: «Ворочаться с бока на бок — нехорошо, по подстилке могут ползать какие-нибудь насекомые», — так как он спал на полу или под деревом — «а если я ворочаюсь в постели, в потемках может произойти какое-нибудь насилие — пусть даже и ненамеренное. И если я могу этого избежать...» Так что он оставался точно в том положении, в котором засыпал; не двигая даже рукой. Это может быть сделано только в том случае, если вы полностью сознательны во сне, иначе вы не будете двигаться и даже не знать об этом.
Если вы становитесь сознающим, вы осознаете внутри себя другие измерения. Видимое принадлежит смерти, невидимое принадлежит бессмертию.
Иисус говорит: «Вы сами ищите место для себя в покое...» Ищите состояние молчания, покоя, хладнокровия, равновесия, где вы можете осознать Живого, иначе «...вы станете трупом и будете съедены. Иисус сказал:
«Двое будут лежать в постели: один умрет, другой будет жить».
Те же слова есть в Упанишадах. Там говорится, что на дереве было две птицы: одна, сидящая на нижней ветке, и другая, сидящая на верхней ветви. Птица на нижней ветви думает, тревожится, желает, соревнуется, копит, борется; она остается в беспокойстве, напряжении, она прыгает с ветки на ветку, всегда движется — все время в беспокойстве. Другая птица, которая сидит на более высокой ветви — в покое. Она так молчалива, как если бы ее не было. У нее нет желаний, она не грезит. У нее нет нужды удовлетворять что-то, как если бы все было удовлетворено, как если бы она уже всего достигла и некуда идти. Она просто сидит, наслаждаясь собой, и следит за птицей, сидящей внизу.
Это — два измерения в вас. Вы — дерево. И низшее — всегда встревожено. Низшее — это ваше тело, телесные нужды и желания, если вы полностью забываетесь в этом, вы становитесь одним. На более высокой ветви, на макушке дерева, сидит другая птица, которая является свидетелем, которая просто смотрит вниз на эту глупую птицу, которая прыгает в страданиях, тревоге, гневе, сексе — во всем, что с ней происходит. Эта другая птица — просто свидетель, она просто смотрит и смотрит, она
- лишь наблюдатель. Вы — дерево. А если вы полностью себя забываете в этом, тогда вы становитесь единым. Вы — дерево.
Иисус говорит то же самое при помощи другого символа:
«Двое будут лежать в постели, — вы — постель, — один умрет, другой будет жить». Вы — постель, на которой двое, — «...один умрет, другой будет жить».
Теперь вопрос в том, кому будет уделено внимание. К кому вы будете двигаться, к кому будет течь энергия? Кто станет вашей целью?
Обычно это тот, кто умирает, он — ваша цель. Вот почему вы всегда в тревоге, потому что вы строите свой дом на песке. Он падает даже до того, как будет выстроен, он упадет и превратится в развалины. Вы всегда дрожите, потому что пишете по воде: до того, как вы закончите писать, это уже исчезло. Ваша тревога существует из-за вашей привязанности к царству смерти, и вы не смотрите на жизнь. И на любой постели спят двое, второй — просто свидетель.
Уделяйте ему больше внимания, обращайтесь к нему больше и больше — вот что означает обращение. Обращение не означает, что индуист становится христианином, или христианин становится индуистом. Это -глупость, вы просто меняете этикетки. Ничто не меняется, так как внутренний человек остается тем же, старым образцом. Обращение означает движение внимания от царства смерти к царству жизни. Это — поворот: смотрите на свидетеля, становитесь одним со свидетелем, теряйте себя в свидетеле, в осознании, и тогда вы узнаете, что то, что умирает — умрет. Это не создает никаких бед, никаких проблем — вы знаете, что вы не умираете, страха нет.
Иисус сказал: «Двое будут лежать в постели: один умрет, другой будет жить».
И это зависит от вас. Если вы хотите оставаться в несчастьях, никогда не уделяйте внимания внутреннему; если вы хотите всегда оставаться в несчастья, тогда оставайтесь на периферии. Не глядите внутрь. Но если хотите покоя, мирной вечности, истины, врата рая открыты для вас -смотрите внутрь. Это трудно — потому что это очень тонко. Там, где встречаются видимое и невидимое, где встречаются материя и дух — все очень тонко. Вы можете увидеть материю, но вы не можете увидеть дух, его нельзя увидеть. Вы можете увидеть, где заканчивается видимое, вы не можете увидеть невидимое. Тогда что же делать? Просто оставайтесь на границе видимого, и не смотрите на видимое, смотрите в противоположном направлении. Невидимое будет постоянно чувствоваться. Это — чувство, это не понимание, вы не можете увидеть его, вы можете его только почувствовать. Это — как ветерок: он приходит, вы его чувствуете, но увидеть его вы не можете. Это — как небо: оно — там, но вы не можете сказать, где, вы не можете его обозначить, вы не можете его коснуться. Оно — всегда там, вы — в нем, но вы не можете его коснуться. Оставайтесь на границе видимого, глядя в противоположном направлении. Вот в чем вся медитация. Когда бы вы ни нашли спокойный момент, закройте глаза, оставьте тело позади, и телесные дела, и мир смерти; рынок, офис, жену, детей — оставьте их всех. Сначала вы не почувствуете внутри ничего. Юм сказал: «Многие люди говорили о том, чтобы идти вовнутрь и смотреть. Когда бы я ни смотрел, я ничего не находил, лишь мысли, страсти, мечты, плывущие здесь и там -лишь хаос». Вы тоже почувствуете то же самое. И если вы придете к заключению, что нет ничего ценного в этом, будете идти вновь и вновь, чтобы увидеть этот хаос, тогда вы упустите.
Вначале вы увидите только это, потому что ваши глаза только это и могут видеть — им нужна настройка. Просто оставайтесь там, глядя на плывущие грезы. Они плывут, как облака в небе, но между двумя облаками иногда вы увидите голубизну; между двумя грезами, между двумя мыслями иногда будет проблеск неба. Только не спешите. Вот почему говорят, что если спешат — теряют.
Есть одно изречение в Дзен, которое гласит: «Торопись медленно». Это — правильно! Торопитесь, это верно, так как вы умрете — в этом смысле спешите. Но внутри, если вы слишком спешите, вы упустите, так как сделаете вывод слишком рано, до того, как ваши глаза привыкнут. Не делайте поспешных выводов.
Торопитесь медленно. Просто ждите! Идите, сядьте и ждите. Вновь и вновь новый мир невидимого приходит к вам и становится яснее. Вы привыкаете к нему, тогда вы можете услышать гармонию, мелодию, молчание, начинающее свою собственную музыку. Она всегда там, но она так тиха, что нужно хорошо тренированное ухо. Это не похоже на шум, это — как молчание. Звук внутри подобен молчанию, форма внутри похожа на бесформенность. Внутри нет времени и пространства, а все, что вы знаете -либо в пространстве, либо во времени. Вещи — в пространстве, события- во времени, а сейчас физики говорят, что эти вещи — не различны, время- всего лишь четвертое измерение пространства.
Вы знаете только время и пространство, мир вещей и явлений. Вы не знаете мира свидетельствующего «Я ». Он находится за пределами обоих этих миров и не ограничен пространством и временем. Есть продолжительность без времени, есть пространство без высоты, длины, ширины -это совершенно другой мир. Вам нужно будет к нему привыкнуть, так что не будьте нетерпеливым; нетерпеливость — самый большой барьер:
я пришел к ощущению, что когда люди начинают работать над Внутренним, нетерпеливость — самый большой барьер. Нужно бесконечное терпение. Это может случиться в следующий миг, но нужно терпение.
Если вы нетерпеливы, это может не случиться за многие жизни, потому что само нетерпение не позволит вам положиться на то, о чем говорил Иисус, на спокойствие. Даже если вы надеетесь на что-то, это будет волнением. Если вы будете думать, что происходит нечто необычное, тогда ничего не произойдет. Если вы ожидаете, надеясь, что случится некое Просветление, вы его утратите. Не надейтесь! Все ожидания принадлежат миру смерти, измерению времени и пространства.
Никакие цели не принадлежат внутреннему. Туда нет пути, кроме ожидания, бесконечного терпения. Иисус сказал: «Наблюдайте и будьте терпеливы». И однажды, вдруг, вы станете просветленным. Однажды, когда произойдет правильная настройка, когда вы готовы, вдруг вы просветлены. Вся тьма исчезает, вы наполнены жизнью, вечной жизнью, которая никогда не умирает.
Изречение пятнадцатое...
Иисус сказал:
Я — Свет, который над всеми,
Я — Все.
И все вышло из меня,
и все вернулось ко мне.
Разруби дерево, Я — там;
подними камень, и ты найдешь, меня там.
Поэт высшего
Иисус был обучен в одной из древнейших тайных школ школе ессеев. Учение ессеев — это чистая Веданта. Вот почему христиане не имеют никаких записей о том, что происходило с Иисусом до тридцати лет. У них есть немного записей о его детстве, и записи после его тридцатилетия до тридцати трех лет, когда он был распят. Они знают некоторые вещи, но явление, подобное Иисусу — это не случайность; это длительная подготовка, оно не может произойти за один момент.
Иисуса постоянно готовили в течение этих тридцати лет. Сначала его послали в Египет, а потом он поехал в Индию. В Египте он изучал одну из древнейших традиций тайных методов, потом в Индии он узнал об учении Будды, Ведах, Упанишадах, и прошел через долгую подготовку. Эти дни неизвестны, так как Иисус работал в этих школах как неизвестный ученик. И христиане сознательно отбросили эти записи, им не понравилось бы, чтобы сын Бога тоже был учеником кого-то еще. Им не понравилась бы сама идея, что он был подготовлен, обучен, тренирован — это выглядит кощунством. Они думают, что сын Бога пришел уже совершенно готовым. Никто не приходит совершенно готовым. Если кто-то совершенно готов, он не может прийти.В этом мире вы всегда появляетесь как несовершенство. Совершенство просто исчезает из этого мира. Совершенство — не от этого мира, не может быть от него — это против закона. Если кто-то совершенен, вся его жизнь вступает в вертикальное измерение. Это должно быть понято: вы прогрессируете в горизонтальном плане, от «А» к «Б», от «Б» к «В» и так до «Я»; горизонтально, на линии, из прошлого -в настоящее, из настоящего — в будущее. Это — путь несовершенной души, подобно воде в реке, текущей с холмов в море — горизонтально, всегда оставаясь на своем уровне.
Совершенство движется по вертикали. Из «А» оно не идет к «Б», оно идет выше «А», потом — еще выше. Для тех, кто живет на горизонтальной линии, совершенство просто исчезает. Его там нет, потому что они ищут его в будущем или в прошлом. Они могут оглянуться, но совершенный человек — не там, они могут смотреть вперед, но и там его нет; его нет и здесь — потому что началась новая линия вертикальной прогрессии. Он идет выше и выше. Он движется в вечности, а не во времени.
Вечность вертикальна, вот почему вечное — сейчас, у него нет будущего. Если вы движетесь по линии, тогда будущее есть: если вы движетесь от «А» к «Б», «Б» -в будущем; когда «Б» становится настоящим, «А» уходит в прошлое, а будущее — «В». Вы всегда между прошлым и будущим, ваш настоящий момент — всего лишь переходная фаза: «Б» превращается в «В», «В» — в «Д» ... все уходит в прошлое. И ваше настоящее — просто отрезок линии, лишь маленький фрагмент. К тому времени, как вы осознаете его, оно ушло в прошлое. Душа, которая становится совершенной, движется в другом измерении: от «А» к «А1», от «А1 » к «А2» — и это вечность, она и теперь живет в вечном. Вот почему она исчезает из мира.
Для того, чтобы вступить в этот мир, вы должны быть несовершенны. В старых писаниях говорится, что когда человек приближается к совершенству — это бывало много раз — он должен оставить что-то несовершенное для того, чтобы вернуться и помочь людям. Другого пути назад нет.
Рассказывают, что Рамакришна был привязан к пище, просто одержим. В течение всего дня он думал о пище... Он мог говорить со своим учеником, но всегда, когда была возможность, он шел на кухню и спрашивал жену: «Что новенького? Что ты сегодня приготовила?» Даже его жена чувствовала себя смущенной много раз и говорила: «Парамаханса Дэва, тебе это не годится». А он смеялся.
Однажды его жена сказала: «Даже твои ученики смеются над этим и говорят: «Что за Освобожденный, наш Парамаханса?» Он был настолько привязан к пище, что когда Шарада, его жена, приносила пишу, он немедленно вставал посмотреть в блюдо, чтобы увидеть, что она принесла. Он мог забыть обо всем, о Веданте, о Брахме, и иногда это всех очень смущало, ведь там были люди, которые не могли себе представить этого...
Вот однажды его жена стала настаивать: «Зачем ты это делаешь? Должна быть какая-то причина».
Рамакришна сказал: «В тот день, когда я это не сделаю, отсчитай еще три дня, и знай, что тогда я умру. В тот день, когда я остановлюсь, это будет знак, что я буду здесь еще только три дня».
Его жена засмеялась, ученики смеялись. Они говорили: «Это необъяснимо!» Они не могли уловить смысла.
Но все именно так и произошло. Однажды его жена вошла с пищей, а он лежал на своей постели, отдыхая. Он отвернулся — обычно он вскакивал, чтобы посмотреть. А его жена помнила, что он сказал, что проживет три дня с того момента, когда покажет свое безразличие к пище. Она не смогла удержать блюдо, блюдо выпало из рук, и она заплакала. Рамакришна сказал: «Но ведь вы же хотели, чтобы было так. Теперь не тревожьтесь об этом. Я буду здесь еще три дня». И на третий день он умер. Перед смертью он сказал: «Я был привязан к пище, как к части чего-то несовершенного во мне. Так, чтобы я мог быть здесь и служить вам».
Многие мастера поступали так. В тот миг, когда они чувствовали, что становятся полностью отрешенными, они держались за какое-нибудь несовершенство, только чтобы остаться здесь. Иначе этот берег не для них. Если все канаты разорваны, тогда их лодка плывет к другому берегу, тогда она здесь не останется. Им нужно оставить один канат, они должны поддерживать некие отношения, они должны избрать в себе какую-то слабость и должны не позволять ей исчезнуть. Круг не будет полным, останется разрыв. Из-за этого разрыва они могут здесь оставаться. Вот почему индуисты, буддисты, джайны, которые знают очень глубоко, ведь они видели многих Мастеров, хорошо знают, что совершенство — не для этого мира. В тот момент, когда круг завершен, совершенство исчезает из этого мира. Вы не можете его увидеть, это не в вашей плоскости, это уходит ввысь — туда вы проникнуть не можете.
Но чтобы сказать, что Иисус был совершенен, когда родился, христиане отбрасывают все записи. Но Иисус был таким же искателем, как и вы, он был таким же горчичным зерном, как и вы. Он стал деревом, и большим деревом, и миллионы птиц небесных нашли в нем убежище, а был он таким же горчичным зерном. Помните, что и Махавира, Будда, Кришна -все они родились несовершенными, рождение принадлежит несовершенному. Нет -рождения для совершенного; если вы совершенны, переселения нет.
Эта тренировка Иисуса ... поездка в Египет и Индию, учеба в индийских тайных обществах, потом буддийские школы, потом индийская Веданта — сделали его чужим для иудеев. Почему он стал таким чужим для них? Почему иудеи не могли его принять? Почему они не могли ему простить? — они и сейчас ему не простили. В чем причина? Он принес нечто чуждое, иноземное, он открыл некую тайну, которая не принадлежала нации. Вот почему его распяли.
Индуисты терпели Будду, так как что бы он ни говорил, это не было чужим. Он мог противоречить индуизму, но только поверхностному. Даже в своем противоречии он доказывал глубочайшую правоту индуизма. Он мог говорить, что истэблишмент неправ, он мог говорить, что организация неправа, что все последователи неправы, но он не мог говорить, что индуисты ошибаются в основном. Что бы он. ни говорил, индуисты могли это понять, это не было иноземным, это не было чуждым. Что бы ни говорил Махавира, индуисты это просто терпели. Он мог быть революционным, он он оставался индусом; Будда всегда оставался индусом, он мог быть бунтующим сыном, но он принадлежал к индусам — никто об этом серьезно не тревожился.
Но Иисус был не только революционен, он был чужой. Как это случилось, что он не принадлежал к иудеям? У христиан на это нет ответа. Откуда он взял свое учение? Из Египта и Индии.
Индия была источником всех религий, Индия была основным источником даже тех религий, которые против индуизма. Почему так получилось? Индия — самая старая цивилизация, и весь разум Индии трудился и трудился в направлении религии. -За тысячи лет вы не стали способны научить Индию какой-нибудь тайне относительно религии -нет никаких неизвестных тайн, они знают все. Они открыли все, они совершили полное путешествие по пути. Так что, если есть что-то прекрасное в религии, вы можете быть уверены, что это каким-то образом вышло из этого источника, так же, как греческий ум является источником науки. Все научное развитие пришло из греческого ума, логического ума, аристотелианского ума; а весь мистицизм пришел из Индии. В мире существует лишь два типа ума: греческий и индийский.
Если у вас в основном греческий ум, невозможно понять Индию вообще, она выглядит абсурдной. Что бы они ни сказали, выглядит бездоказательно; какие бы утверждения они ни делали, они выглядят бессмысленными. Аристотель будет абсолютным иностранцем в Индии, потому что он верит в определения, ясные разграничения, различия. Он верит в закон противоречия, что две противоположные вещи не могут быть вместе. «А» не может быть одновременно «не-А», это невозможно человек не может быть одновременно живым и мертвым, это невозможно. По-видимому, он прав.
Индийцы верят в противоречие. Они говорят, что человек и жив, и мертв одновременно, так как жизнь и смерть — не две различные вещи, вы их не сможете разделять. Греческий ум — математичен, индийский ум -мистичен. Весь мистицизм пришел из Индии, так же как солнце восходит на востоке, а Индия — его сердце. Чтобы понять эту притчу, вы должны обратиться к Упанишадам, корни — там. Вы не найдете ничего подобного в Ветхом Завете или в других иудейских писаниях, откуда бы это изречение могло бы прийти. Вот почему иудеи не могут поверить, что Иисус это говорил. Иисус говорит снова ненова: «Я пришел не нарушить старые писания, но исполнять их». Но какие писания, что за писания? Этого он никогда не говорил. Если он пришел исполнить Ветхий Завет, тогда его утверждение неверно, он почти всегда противоречит Ветхому Завету. Ветхий Завет построен на мести — Отец, Бог очень мстителен. Страх — основа Ветхого Завета и его религии: вы должны быть богобоязненны. А Иисус говорит: «Бог — это любовь». Вы не можете бояться любви, там, где любовь, не может быть страха. А если у вас — страх, как вы можете любить? Страх отравляет любовь, страх — это смерть для любви. Как вы можете любить того, кого боитесь? Страх может создать ненависть, но не может создать любви.
Итак, религиозный человек в Ветхом Завете — богобоязненен, а в Новом Завете религиозный человек боголюбив. Любовь и страх — полностью различные измерения. Иисус говорил: «Сказано, что если кто-то повредит твой глаз, вырви ему оба глаза. Но я говорю вам, если кто-то ударит вас по щеке, подставь ему другую щеку. Это абсолютно против иудеев; это не в их традиции. Поэтому когда он говорит: Я пришел исполнить писания», — какие писания он имеет в виду? Если он был в Индии и сказал: «Я пришел исполнить писания», — мы могли бы это понять, так как Упанишады, Дхаммапада, изречения Будды — они построены на любви и сочувствии, — это их он пришел исполнять.
Но иудейские писания вовсе не построены на сострадании и любви, они построены на страхе и вине. Вот почему, чтобы не говорил Иисус, иудеи хорошо понимали, что: «Он пришел исполнить не наши писания». Вы не можете найти в Ветхом Завете изречений, подобных этим:
«Я — Свет, который над всеми, Я — Все. И все вышло из меня, и все вернулось ко .мне.»
Разруби дерево, Я — там; подними камень, и ты найдешь меня там.»
Вы найдете тысячи изречений, подобных этому, в Упанишадах, в Гите, у Будды, но вы не обнаружите никакой параллели в Ветхом Завете. Так какие же писания он пришел исполнять? Он пришел исполнить какие-то другие писания, другую традицию. Это изречение — абсолютная Веданта, так что попытайтесь понять основную мысль Веданты, тогда вы будете способны понять основную мысль этого изречения. Иисус был рожден евреем, жил, как еврей, умер как еврей, но все это было так или иначе связано с телом. В другом смысле Иисус был чистым индуистом, и вы не сможете найти более чистого индуиста, чем Иисус, так как основа религия Упанишад — это его основа. Он создал всю свою структуру на этой базе, так что постарайтесь понять, в чем она состоит.
Иудеи говорят: «Бог есть создатель, а эта Вселенная — это создание, и создание никогда не может стать Создателем». Как может картина стать художником? Как может поэма стать поэтом? Невозможно! И если поэма пытается стать поэтом, поэма сошла с ума; если картина пытается доказать: Я художник, — она неправа. Человек — творение, а Бог — творец. И эта дистанция не может быть преодолена целиком, всегда будет оставаться промежуток. Вы можете подходить к Богу ближе и ближе, но вы никогда не станете Богом. Это — основа иудейской мысли. А мусульмане переняли это у иудеев. Мусульмане — большие иудеи, чем Иисус — по мысли, по способу мышления; Магомет ближе к Моисею, чем Иисус. Магомет; не выучился многому у индуистов.
Но Веданта говорит: «Бог есть создание, нет разницы между Богом и творением. Он не создает Вселенную подобно поэту, творящему поэму, отношение подобно танцору и танцу, они остаются одним: если танцор остановится, танец исчезнет; а если танец исчезает. Он больше не танцор. Вселенная не отделена, она едина с ним. Вселенная не создана во времени, она творится в каждый момент, потому что она и есть бытие Бога. Так же, как вы движетесь, поете, любите, так же и Бог творит — он творит в каждый момент. И творение никогда не отделено, оно — Его движение. Его танец» И вот почему Упанишады могут сказать: «Ахам Брахмасми». Упанишады могут сказать, что искатели, которые познали этот секрет, вправе сказать: «Я есть Бог». И никто не считает, что это богохульство-это истина. Иудеи никогда не могут сказать:«Я есть Бог», — это богохульство. Ничего не может быть хуже этого утверждения, Вы пытаетесь быть Богом? Тварь пытается быть Богом? Раб пытается утверждать, что он — хозяин? Эта эгоизм! То, что для Веданты — чистая религия, для иудеев — эгоизм, для мусульман — тоже., Веданта говорит, что это — не эго, так как чувство «Я — Бог» может быть лишь в том случае, когда «Я» исчезло полностью. Когда вас больше нет, тогда дом свободен, и лодка пуста, тогда вы вдруг становитесь знающим, что вы — Все. Если есть вы, как вы можете подумать, что вы — Все? Если есть вы, тогда в вас есть граница, личность, тогда ваше утверждение фальшиво. Когда «Я» исчезает, когда отсутствует эго, только тогда вы чувствуете, что вы — все. Заявление Иисуса пришло из Упанишад.
Первое, что нужно помнить: творение и Творец — не различны, они едины.
Второе, что нужно помнить: обычная математика говорит, что часть никогда не равна целому, часть не может быть целым. В механизмах «то так: возьмите часть вашей машины — она не может быть всей машиной, это совершенно ясно; вы можете отрезать себе руку, ваша рука — это не вы. Часть не может быть целым, это обычная логика. И если мир — механическая вещь, тогда это правда.
Но Веданта говорит, что бытие — органично, а не механично. В органическом единстве применима другая математика: часть есть целое. Это величайший абсурд. Вот почему они могут сказать: «Я — Бог, так как я — лишь часть, Бог — все». Но как часть может быть целым? Это величайшая нелепость! Если между мной и бытием механические отношения, тогда это невозможно. Но если есть органическое единство, тогда это возможно. А так оно и есть.
Вы существуете, не как отдельное образование, полное в себе. Нет! Вы существуете не как остров, вы существуете, как волна в океане, органичное единство, вы — едины с океаном: Океан движется и «волнуется» в вас -вы не сможете существовать без океана. А если вы понимаете глубоко, океан не может существовать без вас, вы связаны вместе. Вы можете сказать, что океан присутствует в каждой волне, и что океан — ничто иное, как всеобщность всех волн. Так что волна — не отделена, вы не можете из океана забрать волну и принести ее домой, чтобы показать вашим детям: «Я пошел к океану и принес волну», вы не сможете принести волну. Вы можете принести воду, но это не будет волна, она не будет живой.
Посмотрите на океан, когда на нем волны: они жиры, океан — их жизнь. Когда они вздымаются на сотни футов, достигают неба, это океан достигает через них. Вы можете не видеть океана, вы можете видеть лишь волну, но вы не сможете отделить волну от океана — они органично едины.
Веданта говорит, что творение органично едино с Творцом, мир не может существовать без бога. Это может быть понятно и иудеями, и мусульманами. Но индуисты говорят еще кое-что, вторую часть: что Бог не может существовать без мира. Для иудеев это — богохульство. Что вы говорите? Что Бог не может существовать без мира? Да — Он не может существовать. Для него существовать — невозможно. Если Он — Творец, если творчество — его качество, как Он может существовать без Вселенной? Когда Ничего не сотворено, как вы можете быть Творцом? Мир зависит от него. Он зависит от мира; это взаимозависимость. Мир не независим от него, и Он не независим oт мира! Есть отношения глубокой любви: они зависят друг от друга, они наполняют друг друга, они — одно. Наполнение так всеобще, что вы не сможете разделить и отделить их друг от друга.
Так что провидец, тот, кто пришел к знанию, может провозгласить:
«АхамБрахмасми, Анал Хак, Я есть Бог». И когда он говорит это, он просто говорит: «Я и бытие — не разные вещи». Он говорит: «Вы найдете меня всюду: куда бы вы ни пошли, вы найдете меня. Форма может быть иной, но я буду там». Вот о чем говорит Иисус: «Разруби дерево, я -том...». Как там может быть Иисус? Вы не сможете найти форму, вы не сможете найти там сына Марии и Иосифа, вы не сможете найти этого сына плотника там, если вы разрубите дерево. Что же вы тогда найдете? Вы найдете бытие — и он говорит: <Я — бытие. Моя форма может меняться, но не я».
«Разруби дерево, Я — там; подними камень, и ты найдешь меня там.»
Это — чистая Веданта — органическое единство. Вот почему индуисты -единственные в мире, кто не особенно заботятся о храмах, они могут сделать храм где угодно. Просто под деревом они поместят камень — любой камень, даже не обработанный — они покрасят его в красный цвет, и Бог -там, они могут ему поклоняться. Достаточно любого дерева, реки, горы, все годится, потому что: «Разруби дерево, Я — там; подними камень, и ты найдешь меня там», -так что о чем тревожиться?
Лишь индуисты избавляются от своих богов. Они делают бога на две-три недели, они ему поклоняются, и когда поклонение окончено, они идут к океану и избавляются от Бога. Вы не можете и подумать, что мусульманин избавляется от Бога, что иудеи избавляются от Бога. Чем вы занимаетесь? Избавляетесь от Бога в океане? Вы еретик? Вы сошли с ума? Только индуисты могут сделать это, они говорят, что океан — тоже Бог. И зачем носить Бога слишком долго? Когда функция закончена, избавьтесь от него, ведь Он — везде, во всем. И мы можем сделать его вновь, в любое мгновение — подойдет любой камень. Бытие, а не форму Иисуса вы найдете везде. И эта «Бытийность» — это то, что нужно понять: «бытийность» — Бог.
Когда цветет дерево — это Бог цветет, когда прорастает зерно — это Бог прорастает, когда течет река — это течет Бог. Бог — это не личность. Если Бог — личность, тогда есть проблема, а у иудеев была идея, что Бог -личность. Бог-это «не-личность»: Он -чистое бытие. Он -существование само по себе, Он существует «о всем, но вы не можете найти его ни в чем частном. У него нет жилища, вы не можете прийти и постучать, у Него нет адреса, вы не можете написать ему письмо. Он нигде, так как Он -всюду. Вы не сможете указать место, где он, вы не можете сказать: «Бог — здесь», — потому что это будет неверно. Только то, что имеет форму, что имеет отличие от других вещей, может быть точно указано. Как вы можете указать на нечто, у чего метаформы, что является всем и распространяется повсюду?
Но -у иудеев есть концепция очень личного Бога. А когда есть личность, есть и эго. Иудейский Бог очень эгоистичен -весьма эгоистичен. Если вы ослушаетесь Его, вы будете вечно страдать в аду. Это очень серьезно: Бог становится диктаторской силой и все бытие становится рабством. Тогда свобода — не для вас, свобода — природа Бога, но не ваша. Рабство — это ваша дисциплина. Иисус говорит -совершенно противоположное, что Бог — это не личность, Бог — это энергия, сама жизненная сила; то, что Бергсон называл алан виталь, существование как таковое. А когда нечто существует, существует и Бог, ничто больше не может существовать. В этом и была трудность, Иисус не мог быть понят — и он должен был быть распят. Даже если бы он говорил: «Я — Сын Бога», -иудеи могли бы его простить, но он заявлял больше. Когда его ученики настроились на него, он пошел даже дальше.
В этой притче он говорит: «Я — Свет, который над всеми,.. » Он не говорит, что он — сын, здесь он говорит, что он — Отец: «Я — Свет, который над всеми, Я — Все...»Здесь он говорит: «Я — Бог, а не сын».
«...к все вышло из меня, и все вернулось ко мне. Разруби дерево, Я — там; подними камень, и ты найдешь меня там.
В этой притче он заявляет: «Я — Бог, а не сын божий». Даже сына можно простить, различие остается: отец остается истоком, сын — лишь продукт. Они могут быть в глубокой близости, но сын остается сыном, отец остается отцом. Различие сохранено, и сын должен повиноваться отцу. Связь существует — это не отношение раба и хозяина, но сына и отца — более близкие, но все же отношения; они остаются двумя.
Эта притча не записана в Библии — не может быть записана. Он мог это заявить только своим ученикам; только тем, кто был с ним очень близок, был способен понять. Это не может говориться на рыночной площади. Там он говорит: «Я — сын Бога». Ученикам он говорит: «Я — Бог, а не сын. Я источник всего, Я — альфа и омега. Все исходит из меня и все возвращается ко мне».
Это — чистая Веданта. Вы не сможете найти заявлений, подобных этому, где-нибудь еще, вы должны будете обратиться к Гите и Упанишадам. Это — то, что говорит Кришна Арджуне: «Я — все, источник всего. Все приходит из меня и растворяется во мне. Отбрось свое эго и припади к моим ногам». Это похоже на то, что говорит Кришна.
Есть традиция, прекрасная традиция — я не знаю, насколько ее можно доказать, но она прекрасна и не нуждается в доказательстве: что слово Христос — просто форма слова Кришна. Это возможно: в Бенгалии Кришна звучит как Кристо, потому что Кристо — это не имя человека, Кришна — это его совершенное достижение, подобно тому, как Будда — это не имя, а абсолютное достижение, когда кто-то становится Просветленным. Слово Будда означает того, кто пробудился. Что означает Кришна? Это слово означает того, кто стал .центром мира. Кришна означает магнетический центр, который притягивает, кто теперь является центром всего бытия. Христос имеет то же значение. Мария назвала своего сына Иисусом. Христос было добавлено, когда он стал центром мира. В этом заявлении он говорит: «Я — центр. Все исходит из меня, все возвращается ко мне. Если вы удаляетесь от меня, тогда не должны достичь меня». Возможно, что Христос — просто форма Кришны. Это весьма многозначительно, так как заявления Кришны в Гите и утверждения Иисуса, подобные этому, в точности одинаковы.
Третье, что должно быть понято в Веданте, это что она принимает вас такими, какие вы есть, потому что отрицание будет означать отрицание самого Бога. Отрицание означает, что должно быть что-то сделано: как вы есть, вы плохи, что-то должно быть отброшено. Такие, как вы есть, вы неприемлемы, вы нежелательны. Вы должны измениться, только тогда вы станете приемлемы.
Веданта говорит, что вы приемлемы такими, какие вы есть. Ничего не надо делать — сама идея делания была причиной вашего несчастья. Идея делания — причина вашего несчастья, потому что все, что бы вы ни делали, приведет вас к миру. Вот почему индуисты говорят, что из-за кармы -карма означает делание — вы в мире. Карма не означает делать плохое, карма означает просто «делать». Из-за того, что вы уделяете слишком много внимания деланию того или другого, вы в миру.
Не уделяйте слишком много внимания деланию, уделяйте внимание бытию. Не думайте, что нужно сделать, просто думайте, кто вы есть. Веданта аморальна; она не заботится о моральности и неморальности. В ней нет десяти Заповедей; она не отдает вам никаких приказов, она не говорит в терминах долженствования. Она говорит, что такие, как вы есть, вы хороши, прекрасны, истинны. Проблема не в том, что другие отвергают вас, проблема в том, что вы отвергаете себя. А если вы отвергаете себя, вы в порочном круге. Тогда вы будете пытаться улучшиться, а ничто не может быть улучшено, так как вы — Сам Бог. Тогда вы будете в несчастье, так как вас невозможно улучшить.
Такие, как вы есть, вы Божественны, как может быть улучшено Божественное? И если вы пытаетесь улучшить Божественное, вы идете от одной жизни к другой, улучшая и улучшая, и никогда не происходит никакого улучшения, вы остаетесь все тем же. Это похоже на бег на месте: вы задыхаетесь, тяжело дышите, делаете такую большую работу, вы думаете, что быстро бежите, чего-то достигаете — а вы просто бежите на одном месте.
Вся ваша жизнь — это бег на месте. Вы не оказываетесь нигде, потому что идти некуда; вы не улучшаетесь, потому что себя невозможно улучшить. Предельное, которое внутри вас, вы не сможете улучшить — нет «дальше» этого, нет «лучше» этого. Вот что говорит Веданта: вы Божественны. Это должно быть понятно, а .не сделано; вы просто должны взглянуть внутрь и приять, кто вы есть. Проблема не в том, что вы плохи, а в том, что вы не смотрите на себя; проблема в понимании, а не в действиях. Проблема в правильной перспективе, откуда вы сможете увидеть себя.
Это как если бы алмаз учили, как стать драгоценным камнем. А если алмаз получает такую идею и начинает стараться стать драгоценным камнем, именно эта идея и станет преградой. Все усилия, которые может сделать алмаз, будут напрасными, ведь он уже самый драгоценный камень. Когда алмаз придет к пониманию тщетности своих усилий, он отринет все усилия и станет сознавать, кто он есть. Тогда проблема будет разрешена.
Я слышал, что однажды в кабинет психиатра вбежал человек и сказал: «Доктор, вы должны мне помочь: я больше так не могу. Мне отказывает память. Я не могу вспомнить даже того, что было вчера. Я даже не могу вспомнить, что я говорил сегодня утром. Помогите мне, я схожу сума!»
Психиатр спросил: «Когда все это началось? Когда вы начали сознавать проблему?» Человек выглядел сбитым с толку, он спросил: «Какую проблему?» Он уже забыл. В этом вся проблема: вы забыли себя. В этом вся проблема.
Чтобы вы ни делали, вы будете творить карму, а карма — это круг, колесо: одна карма ведет к другой — «А» к «Б», «Б» к «В» — вы движетесь от одной части колеса к другой. Это — колесо, оно крутится и крутится. Карма никогда не приведет вас к освобождению, потому что вы уже освобождены. Это наиболее трудная вещь для постижения — вы уже свободны.
Люди приходят ко мне, и я вынужден говорить им делать то или другое, потому что они не поймут, что они уже освобождены. Я должен говорить им, чтобы они делали то или другое только для того, чтобы утомить их, лишь для того, чтобы они однажды стали настолько утомленными от усилий, чтобы прийти ко мне и сказать: «Я не хочу ничего делать». Только тогда я могу сказать, что нет нужды делать что-либо. Но вам, когда вы пришли, в самом начале, нужно много делать. Если я скажу, что делать нечего, вы уйдете и пойдете к кому-нибудь еще, кто может сказать, что нужно делать.
Ничего не надо делать. Совершенно такие, какие вы есть, вы уже Божественны. Это — Веданта. Это — не нравственность, это — чистая религия. Вот почему в мире не так уж много ведантистов — их не может быть много. Вот почему Веданта не стала мировой религией, подобно христианству или исламу. Это невозможно, так как у вас есть глубокая потребность что-то делать. И если кто-то говорит: «Ничего не надо делать, вы — уже Брахма, вы уже божественны», — вы не будете слушать его. По-вашему — он говорит ерунду, потому что вы не принимаете себя, вы отвергаете. Вы должны достичь цели.
Почему так происходит в человеческом разуме? Это происходит еще в детстве. Каждый проходит через одно и то же детство, отличаются лишь тривиальные вещи. На самом деле в детстве есть один основной элемент, и этот элемент создает всю проблему. Дело в том, что ни один ребенок не принимается таким, каков он есть. Ребенок рождается ... каждый был ребенком — и тут же общество, родители, мать, отец, братья — все люди вокруг вас начинают вас изменять, делать вас более прекрасным, делать вас более нравственным, делать вас лучше. Такие как вы есть, вы плохи, что-то должно быть сделано, только тогда вы будете приемлемы.
И ребенок снова и снова начинает чувствовать, что он неприемлем. Если он делает что-нибудь хорошее, тогда он приемлем, если он делает что-то не так, тогда его отвергают. Если он следует за вами, подчиняется — он приемлем; если он непослушен, никто его не любит, каждый начинает сердиться, его ненавидят. Он учится одной вещи: что вопрос в действиях, а не в бытии. Делай правильные вещи, и все будут тебя любить; делай неправильные — и каждый будет тебя отвергать, сердиться, ненавидеть, будет против тебя. В тебе — суть. Делай что-нибудь правильное, и мир будет приветлив, делай что-нибудь неправильное — и все двери закрыты. А если закрыты даже двери матери и отца, даже если те, кто любит тебя, не могут увидеть сущности ребенка, что же говорить об этом чуждом мире..?
Ребенок учится одной вещи: для того, чтобы существовать в этом мире, вы всегда должны делать правильные веши и никогда -неправильные, основным является то, как вы себя ведете. Это создает глубокое отрицание себя, потому что неправильные вещи продолжают происходить — только говоря, что нечто неправильно, это не отбросишь, это продолжает происходить. Тогда ребенок начинает чувствовать себя виновным, он отвергает себя. Он говорит: «Я — нехороший. Я плохой ребенок, плохой мальчик, плохая девочка». А проблема в том, что вещи, которые мы называем неправильными — естественны, так как ребенок не может их отбросить, они упорно происходят.
Каждый мальчик, каждая девочка начинает играть со своими половыми органами. Это приятно, это дает чувство удовлетворения, все тело чувствует блаженство. И в тот момент, когда ребенок касается своих половых органов, каждый его немедленно останавливает — каждый чувствует смущение. Отец, мать остановят его, они могут даже связать ему руки; теперь ребенок чувствует себя в глубоком замешательстве. Что делать? Ему нравится чувство, приходящее из касания, он им наслаждается, он чувствует, что оно прекрасно, но если он будет следовать атому чувству, то все отвергнут его. Он плохой ребенок, м они накажут его, а сила на их стороне -что делать?
«И такие плохие вещи происходят со мной» — думает ребенок -«Наверно, только я делаю такие плохие вещи, больше никто». А он не может знать о других, вот он и чувствует вину: «Весь мир хорош, только я виноват». Это — глубокая проблема.
Ребенок не хочет есть, потому что он лучше знает, голоден он или нет. Но вы следуете медицинской ругано, ведь врач говорит, что ребенка нужно кормить каждые три часа. Так написано в книгах, а вы читали книги, вы — просветленный родитель, так что через каждые три часа, по звонку, вы должны кормить ребенка. Посмотрите на детей, когда их насильно кормят: они отвергают еду, они не открывают ртов, молоко течет мимо — они все отвергают. Они не будут даже глотать, они знают свои потребности. Они не живут по рутине, по часам, они не знают, о чем говорит ваша медицинская- наука. Они не голодны — вот и все — а вы их насилуете пищей. А когда они голодны, и плачут, вы не дадите им пищи, так как это неподобающее время. Кто решает? Ребенок или вы?
Если решаете вы, тогда вы создадите чувство вины в ребенке, он будет думать, что что-то не так: «Когда я чувствую голод, я не должен его чувствовать. Когда я не голоден, я должен чувствовать голод». Блаженный Августин сказал: «Боже, прости меня, так как то, что хорошо, я никогда не делал, а то, что плохо, я всегда делаю». Но это-молитва любого ребенка. Тогда создается вина: ребенок не чувствует, что ему надо в туалет, а вы его принуждаете. «Туалетная тренировка», — во многом создает вину, вы не представляете, что вы делаете.
Если ребенок не чувствовал ничего, как он может идти в туалет? Попробуйте сами, что вы можете сделать, если вы не чувствуете нужды? А если ребенок не чувствует.., вы принуждаете, убеждаете, уговариваете, подкупаете, вы пробуете любой возможный метод. Вы создаете вину.
Ребенок чувствует вину — что-то плохо, что-то не так — и ничего не может с этим поделать. Он не знает, как так как тело не имеет воли, это не волевой феномен. Ребенок не хочет спать, он чувствует себя совершенно бодрым, он хочет убежать из дома в сад, а вы говорите: «Иди спать». Что вы бы смогли сделать, если бы вам велели спать, когда не хочется?
Можно закрыть глаза, но когда отец, мать ушли, ребенок просто остается с самим собой. Что делать? Как следовать приказу? Как быть хорошим?
Вновь и вновь создается грех, и маленький ребенок отравлен. Он начинает осознавать, что: «Я нехорош, все, что я делаю — плохо». Когда он играет, он плох, он шумит и вас беспокоит. Когда он тихо сидит в углу, что — то не так: «Ты что, болен?» Он всегда неправ только потому .., что он беспомощен, а вы — сильны. Он постоянно угнетен, он не может оценить, что делать и чего не делать. И вновь и вновь он отвергает все, что плохо, и принуждает себя ко всему, что, как думают, хорошо. Он становится маской, и глубоко в подсознании носит все эти раны в течение всей жизни.
Вот почему, когда я говорю: «Такой, какой вы есть, вы — Бог» — вы мне не верите. Вы даже не хороши — как вы можете быть Богом? Бог означает предельное добро. Вы даже не хороши самым обычным образом — как вы можете быть Богом? Бог означает-предельное добро. Вы не будете меня слушать, вы пойдете к какому-нибудь учителю, который будет вас обвинять, который будет говорить, что вы виновны, что вы, — великий грешник. Тогда вы будете в покое: он прав, ведь это — то, что вы и сами чувствуете. Вот почему вы поклоняетесь тем людям, которые вас обвиняют, которые смотрят на вас, как на червей — уродливых и грязных. Если вы видите массу последователей вокруг так называемого святого, вы всегда найдете причину атому: он всех обвиняет. Он говорит: «Вы -грешники, и если вы не слушаете меня, вы попадете в ад». Он чувствует себя абсолютно правым, он согласен с вами в вашем чувстве вины. Так что когда он вас обвиняет, вы чувствуете себя хорошо.
Что за абсурд! Какая чепуха! Вы чувствуете беспокойство, если вам говорят: «Вы хороши, я принимаю вас — кем бы вы ни были — какой вы есть. Божественное избрало этот путь, чтобы быть, в вас Божественное избрало этот путь. Божественное существует в вас таким образом — и я принимаю вас, я не отрицаю никакой части. Я принимаю ваш секс, ваш гнев, я принимаю вашу ненависть, вашу ревность. Я принимаю вас в вашей целостности, потому что через это приятие целостности достигается Единый — и этот Единый немедленно превосходит всю ревность, гнев, секс, алчность. Никто не может преобразовать алчность — он должен стать Единым, тогда есть преображение».
Вот почему Иисус не мог быть прощен, Иудеи — величайшие создатели вины. Этим занимается весь мир, но никому не сравниться с иудеями. Весь мир существует, по их мнению, из-за того, что Адам и Ева совершили первородный грех. Вы рождены Адамом и Евой из — за их греха, человек рождается в грехе — грех остается основополагающей концепцией. Как им принять, что вы — Бог? Вы можете быть близко к Богу в своем раскаянии, в самоизменении, если вы становитесь хорошими. Тогда Бог-Отец примет вас. Иначе такие, как вы есть, вы не можете быть приняты, вы должны быть далеко отброшены от Бога.
В чем был грех Адама и Евы? В непослушании... Но почему Бог так одержим послушанием? Потому, что таков каждый отец. А ваш Бог — не что иное, как космический отец. Зачем Богу быть столь одержимым послушанием? Разве он не может немного пошутить? Разве он не может немного поиграть со своими детьми, наслаждающимися собой? Разве он не может быть не таким серьезным? И что они сделали? Просто съели одно яблоко с дерева, что им было запрещено; Бог кажется очень эгоистичным, ведь это всегда одержимо послушанием: «Следуйте за мной, Я — правило. Если вы не слушаетесь, вы раните мое эго». Но у Бога нет никакого это, Он не может настаивать на послушании. Должно быть, священники, а не Бог создали всю эту историю.
И затем вы чувствуете вину. Вы родились в грехе, с самого своего рождения вы грешник. Все, что вам остается, это полировать себя, обрезать себя здесь и там и делать себя приемлемым.
Веданта говорит, что вы не грешник, вы можете быть невеждой, но не грешником. Это совсем иное отношение: Бог не против вас, вы можете быть против Бога, он Он вам не мстит. Если вы невежда, вы сами себе вредите. Это совершенно иная позиция, что невежды сами себе вредят. Если вы спросите индуистов, они вам скажут, что вы можете попасть в беду, из-за того, что съели плод с дерева невежества, но не знания. Человек может быть невеждой — он им и является — так как он не осознает свою сущность — а тогда все идет неправильно. Но это не грех.
Итак, религия означает привнесение большего света, большего знания, большей сознательности, а не большей моральности, большей добродетели. Добродетель — побочный продукт. Когда вы сознательны, приходит и добродетель, она следует, как тень. Когда вы не сознательны, приходит грех, ибо невежество ни к чему иному не приводит, оно может только совершать ошибки.
Грех подобен ошибке. Это как складывать два и два и получать пять. Но это не rpex! Если кто-то думает, что два плюс два будет пять, не решите же вы, что теперь за это его нужно навечно ввергнуть в ад? Это просто ошибка, но не грех. Его нужно научить, он просто не знает математики, вот и все.
Веданта говорит, что вы просто несознательны, невежды по отношению к себе. Если вы станете сознательны, вы уже Бог. Нет Бога, кроме вас, иного, чем вы. Но это не эгоистическое утверждение, так как это может произойти только тогда, когда «Я», центр, исчезло, и вы стали Всем.
Иисус сказал: «Я — Свет, который над всеми, Я — Все. И все вышло из меня, и все вернулось ко мне».
«Разруби дерево, Я — там; подними камень, и ты найдешь меня там. »
Это одно из самых поэтических изречений. Мне хотелось бы сказать, что человек, подобный Иисусу, более похож на поэта, чем на философа, теолога или математика. Он более похож на поэта, и если вы утратите его поэзию, вы полностью утратите его послание. Когда поэт что-то говорит, вы можете ему что-то простить, вы скажете: «Это — поэзия». Но если нечто утверждает святой, вы принимаете это всерьез, потому что большее ставится на карту.
Иисус — поэт, поэт Высшего. И все те, кто достиг Высшего, поэты. Язык математики очень скуден, он не может многого выразить. Он очень точен, и из-за этого скуден. Поэзия — не точка, не определена, вот почему с ее помощью можно сказать больше. Но с поэтом вы всегда должны помнить: он говорит о тайнах.
Индуисты никогда не убивали ни одного Просветленного. Почему? Потому, что все, высказанное ими, они воспринимали, как поэзию, которую не нужно анализировать, это было бы глупо. Если, например, вы придете к Иисусу и скажете: «Хорошо, ты говоришь, что ты — Свет, который над всеми, ты говоришь, что ты — Все, ты говоришь, что все изошло из тебя и все вернулось к тебе; — докажи это нам. Прикажи солнцу уйти, или сотвори другую луну сегодня ночью, только тогда мы тебе поверим», — вы проявите собственную глупость. Ведь поэтическому высказыванию нельзя давать буквальное толкование, это не научное утверждение.
Из-за этого христиане постоянно пытаются доказать, что он творил чудеса: превратил камни в хлеб, оживил мертвого, вернул зрение слепцу, исцелял прокаженных... Зачем так настаивать на чудесах? Ведь мы никогда не интересовались Буддой как чудотворцем, никого никогда не заботило, делал ли он чудеса. Почему же так настаивают в случае Иисуса? Если докажут, что он не творил чудес, отправная точка исчезнет — тогда исчезнет христианство.
Христианство зависит не от Иисуса, а от чудес Иисуса. Если вдруг докажут, что он никого не воскрешал, не исцелял слепца, не лечил проказу, христианство сразу исчезнет. Не будет ни церкви, ни Папы, все уйдет, потому что они не зависят прямо от Иисуса, они зависят от чудес. Чудеса доказывают, что он — сын Божий.
Никакие чудеса не могут ничего доказать. Чудеса в действительности доказывают невежество тех, кто ими впечатляется, и ничего другого. Насколько я знаю, Иисус никогда не делал ничего подобного. Он был не настолько глуп, чтобы творить чудеса для того, чтобы вы убедились. Чудеса, которые происходили вокруг него, имеют гораздо большее значение, чем вы можете себе представить. Да, слепые начинали видеть, но это не связано со зрительными органами, это связано с более глубокой, духовной слепотой. Да, умершие воскресали, но это не о телах, это о вас, это выдумаете, «по выживы-а живыми не являетесь. Он сделал живыми многих мертвецов, он привел их в жизнь из их трупоподобного существования. И это — величайшее чудо, ведь иное чудо может быть сотворено медицинской наукой, она, собственно, уже делала такое.
В Советской России во время Второй Мировой Войны оживили шестерых людей. И успешно — двое или трое из них по-прежнему живы. Это может быть сделано медициной в любой момент. В этом ничего нет... И если медицина способна это делать, зачем тогда ваш Христос -чудотворец? Тогда он может быть хорошим врачом, ученым, но не Просветленным человеком.
Глаза можно исцелять, их научатся исцелять. Тело — это не главное, главное тела в действительности не касается. Иисус творил чудеса, но эти чудеса были духовными, они касались сущности. Вы слепы, так как не можете видеть себя. Какие у вас глаза, ведь вы не видите себя?
Иисус делал людей зрячими, он смотрел во внутренний мир, и он давал глаза истинные — но не те, которые смотрят на мир. Это должно понять. Он никогда не творил никакого хлеба ни из какого камня, это глупости. Но последователи искали чудес, ибо они не могли увидеть Просветления, они не могли увидеть Христа, Кришна для них невидим, они могут увидеть только камень, превращающийся в хлеб. Они могут верить только в этот мир, и доказательство для них — это когда что-то сделают с материей. Вот почему они больше следуют за магами, чем за Просветленными, они следуют за людьми, которые могут делать трюки. А все трюки бесполезны, они не доказывают ничего, кроме вашего невежества, они доказывают, что другой человек хитер и эксплуатирует вас.
Иисус не хитер, такого невинного человека не найти. Он не хитрый, он не чудотворец, не маг и не интересовался эксплуатацией вашего невежества. Кроме того, подумайте, если бы он действительно все это делал превращал воду в вино, камни в хлеб...
Я слышал об одной женщине, которая перевозила в сумке виски через границу. На таможне у нее спросили, что у нее в сумке. Она сказала, что это — святая вода.
Дежурный таможенник был подозрительным, вот он и сказал: «Я хотел бы взглянуть, знаете, люди, везущие святую воду, всегда вызывают недоверие. Достаточно «воды»! Зачем еще «святая»? Он посмотрел — и то было виски. Он сказал: «Что, это — вода?»
А женщина сказала: «Господи! Мы вновь увидели чудо!» Иисус превращал воду в виски? Он оживлял мертвых? Лазарь встал из гроба? Глаза становились зрячими? Люди, которые не могли ходить, видеть, слышать, начинали ходить, видеть, слышать? Если бы эти чудеса действительно происходили, евреи безусловно поверили бы, что он сын Божий, так как евреи материалистичны, как никто. Тогда они бы сходили бы с ума по этому человеку, ведь они более материалистичны, чем любая другая нация — но они совершенно не уделили ему внимания.
Невозможно не последовать за человеком, который творит такие вещи, ведь каждый болен, каждый боится смерти, каждый — в беде, а этот человек — как раз то, что нужно: даже если вы умрете, он вас оживит, если вы больны, он вас исцелит, если вы бедны, камни станут банкнотами — для такого человека все возможно. Вся еврейская нация последовала за таким человеком, но они за ним не последовали, он был распят.
В чем же дело? В том, что чудеса происходили, но они были невидимы. Только близкие могли почувствовать эти чудеса. Они в самом деле происходили: Лазарь был мертв — так же, как и вы мертвы. Если я сделаю вас живыми, это будет событие только для вас и для меня, никто больше этого не заметит. Этого не сообщат по радио и телевидению. Если я оживлю вас в вашей сущности, это будет иметь значение для вас и для меня — и только. И вы не сможете доказать это никому, потому что это -невидимо. Вот почему чудеса происходили, но ученики Иисуса не могли доказать этого, они были невидимыми феноменами. Они смотрели внутрь, но как доказать то, что видишь внутри? Фотографий не сделаешь, свидетелей не соберешь.
Они начали ходить и говорить людям: «Мы увидели чудеса: те, кто не мог видеть, увидели; те, кто были мертвыми, ожили!» Это создало беду, иудеи начали требовать: «Покажите нам1 И если этот человек действительно сын Божий, если он может творить такие чудеса, дайте нам его распять — и увидим, что произойдет. Коль он может оживлять других, он может воскреснуть и сам — мы его распнем, а он не умрет. Если он знает тайну бессмертия, если он такой целитель, тогда мы пораним его, и увидим, польется кровь или нет».
Именно из-за глупости этих учеников, из-за того, что они начали говорить о чудесах, которые являются внутренними вещами, Иисус оказался в центре внимания всей страны: он выглядел фальшивым, он был ненастоящим, неистинным Мессией. Люди ждали, что произойдет какое-то чудо. Ничего не произошло: он умер, как и двое преступников, точно так же, как обычное человеческое существо. Ничего божественного не произошло, никакого света не снизошло с небес; не было никакого землетрясения, Бог не гневался и не гремел в небе. Ничего! Сын был распят, а Бог промолчал.
Вот почему иудеи не записали ничего об Иисусе: этот человек был фальшив, он не доказал ничего при распятии. Распятие было пробой, доказательством, является ли он сыном Божьим или нет. Но те, кто мог видеть, увидели великое чудо. Христиане это упустили, и иудеи упустили это первое чудо, так как они ждали, что случится нечто внешнее. Оно так и не произошло, и они забыли этого человека — он был самозванцем.
Христиане упустили внутреннее, случившееся при распятии. Лишь немногие смогли это увидеть. Те, кто видел себя, смогли увидеть то, что произошло при распятии. Этот человек принял, это было чудом. Этот человек страдал — и принял, он остался переполненным любовью — и это было чудо. Он молился за тех, кто его убивал — это величайшее чудо, которое может случиться на земле.
Последние слова Иисуса были: «Боже, прости их, ибо они не ведают, что творят. Не карай их, ибо они — невежды». Это величайшее чудо при распятии: все тело страдает, он умирает — и остается исполненным любви. Гнев был бы совершенно уместен. Если бы он кричал и ругался и говорил: «Боже, смотри, что они сделали с твоим сыном. Убей их всех!» — это было бы очень обычно, по-человечески. При распятии он доказал, что он был сыном Божьим, так как сочувствие осталось чистым. Это — Божественно!
Вы не смогли бы отравить его сострадание, вы не смогли бы разрушить его молитву, вы не смогли бы разрушить его сердце. Что бы вы ни сделали, он принимает вас. Он вас не отвергнет — даже в миг страдания и несчастья он вас не отверг. Он сказал: «Прости им, ибо они не ведают, что творят».
Чудеса произошли, но это были не те чудеса, которые можно увидеть глазами, такие чудеса можно почувствовать лишь сердцем. Он не был магом. Если бы он был магом и действительно пробовал превратить камень в хлеб, и пытался лечить проказу в теле, он бы не многого стоил, я бы вообще о нем не заботился. Тогда бы все было бесполезно.
Но попытайтесь понять: когда есть внутренняя слепота, есть и внутренняя проказа. Вы так уродливы, и вы сотворили это уродство сами: так замучены виной, наполнены страхом, ревнивы , беспокойны. Это проказа; она поедает ваш внутренний мир, как червь; у вас внутри рана. Он — целил, но это личное дело. Это происходит между Мастером и учеником. Никто больше этого не сознает, даже ученик начинает сознавать это позже. Мастер осознает в самом начале, что рана исцеляется. Ученику для этого требуется время. Обычно, в течение многих, многих дней он думает, что рана есть, но никто больше ее не может увидеть.
Иисус говорит: «Я — Все». Вы — тоже Все, Иисус просто говорит то, что должно быть известно каждому, что должен чувствовать каждый. Вы- Все, вы источник Всего, и Все движется к вам, Иисус просто ваш представитель. Он не говорит ничего о себе, он говорит кое-что о вас. Вы- горчичное зерно, он стал цветущим деревом — он говорит о вас. Он говорит: «Я — Все».Что он имеет в виду? Он говорит, что вы тоже можете стать Всем. Вы — уже Все, но вы это не сознаете.
Ваше несчастье — в том, что вы не можете вспомнить, кто вы есть. Необходимо самовоспоминание, и ничего больше не нужно делать. Вы должны стать более сознательными, более сознательными. Вы должны поднять свое сознание на вершину, с которой вы сможете видеть. В этот момент вы становитесь Просветленным; ни один уголок не остается темным, ваша сущность вся становится светом. Тогда вы поймете Иисуса, тогда вы поймете Будду, тогда вы поймете Кришну или тогда вы поймете меня, потому что все достижение — в том, чтобы сделать вас сознающим, кто вы есть.
Помните эти слова. Дайте им вибрировать в вашем сердце вновь и вновь, так как с помощью этих слов ваше зерно подвергается встряске.
Иисус сказал: «Я — Свет, который над всеми, Я -Все. И все вышло из меня, и все вернулось ко мне».
«Разруби дерево, Я — там; подними камень, и ты найдешь меня там».
Изречение шестнадцатое.
Иисус сказал:
Тот, вблизи меня -
Вблизи огня,
А тот, кто вдали от меня -
вдали от царства.
Иисус сказал:
Придите ко мне,
ибо иго мое -благо,
власть моя кротка,
н вы найдете покой севе.
Иисус сказал:
Тот, кто напился из моих уст,
станет как Я,
И я сам стану им,
и тайное откроется ему.
Вкус пудинга
Человек рожден рабом и остается рабом всю свою жизнь -рабом желаний, похоти, рабом тела или разума, но все равно, рабство продолжается. С момента рождения до момента смерти его жизнь — долгая борьба с рабством. А религия состоит в том, чтобы быть свободным; религия — это свобода, свобода от любого рабства. Но человек продолжает играть с собой, обманывать себя, потому что это легко. Быть полностью свободным очень трудно. Для этого нужна внутренняя кристаллизация. Для этого понадобится центр. А прямо сейчас в вас нет центра, вы — не кристаллизованное существо, вы просто хаос. Вы можете быть похожим на некое собрание, но вы не похожи на личность. Иногда вас побеждает какое-нибудь желание, и тогда оно становится председателем собрания. Всего лишь через несколько минут председатель уходит, или его свергают, и тогда вами овладевает другое желание. А вы отождествляетесь с каждым желанием, вы говорите: «Я — это оно».
Когда на троне секс, вы становитесь сексом; когда на троне гнев, вы становитесь гневом, когда на троне любовь, вы становитесь любовью. И вы никогда не помните того, что вы не можете быть ни этим, ни тем -сексом, гневом, любовью. Нет! Вы не можете ими быть, но вы отождествляетесь с троном, с тем, что волнует в данный момент, вы живете с этим. А председатель продолжает меняться, потому что когда желание удовлетворено временно, его свергают с трона. Тогда другое, следующее за ним, жаждущее, голодное, требующее, становится председателем. И вы отождествляетесь с каждым желанием, с любым рабством.
Это отождествление — коренная причина всего рабства, и пока отождествление не исчезнет, вы никогда не будете свободны. Свобода означает исчезновение отождествления с телом, разумом, сердцем, как вы это не назовете. Это — основной факт, который должен быть понят: такой человек — раб, кричащий и воющий о страстях, которые должны быть удовлетворены. Первое, что делает ребенок, когда рождается — плачет. И это остается на всю жизнь — плач по тому или другому. Ребенок кричит из-за молока, вы можете кричать из-за дворца, или машины, или чего-нибудь еще, но крик продолжается. Он останавливается только тогда, когда вы мертвы.
Вся ваша жизнь — это долгий плач, вот почему существует так много страдания. Религия дает вам ключи к освобождению, но вы — раб, а жизнь в рабстве удобна и комфортабельна, вы создаете ложную религию, которая не даст вам свободы, которая даст вам новые виды рабства. Христианство, индуизм, буддизм или ислам, такие, какие они есть, организованные, оформленные — лишь новые виды тюремного заключения.
Иисус — это свобода, Магомет — это свобода, Кришна — это свобода, Будда — это свобода, но не христианство, ислам, буддизм или индуизм -они ложны. Вот и рождается новое рабство: вы не только раб своих страстей, своих мыслей, своих чувств и инстинктов, вы становитесь также рабом жрецов. От ваших ложных религий получается еще большее рабство, и ничего не меняется в вас.
Однажды случилось так: Мулла Насреддин был совсем затравлен своими кредиторами. Он занял очень много денег у многих людей, и не мог их вернуть. Он обратился к своему адвокату, и тот, как и все адвокаты, предложил: «Сделай вот что: организуй фальшивые похороны и ляг в гроб. Пусть весь город знает, что ты умер, а потом беги из этого города. Кредиторы будут знать, что ты умер и не будут беспокоить тебя».
Кажется, это могло сработать, это было привлекательно. Насреддин организовал фальшивые похороны. Он лежал в гробу, и весь город прощался с ним. Первый кредитор очень печально сказал «прощай», потом второй, третий... Но девятый кредитор вытащил пистолет и завопил:
«Насреддин, я знаю, что ты мертв, но я все-таки пристрелю тебя, чтобы получить хоть небольшое удовлетворение!» Насреддин вскочил в гробу и сказал: «Подожди, тебе я заплачу!»
Вы не можете играть со смертью, вы не сможете обмануть смерть, одурачить ее. Как вы можете жить фальшивой жизнью, если вы не можете даже фальшиво умереть? Вы творите вокруг себя все больше бедствий, которые не исчезают, все становится все большей загадкой.
Чем больше вы стараетесь решить свои проблемы, тем больше становится нездоровья, потому что в сердце вы знаете, что все это -фальшь. Вы ходите в храм. Вы хоть когда-нибудь ходили в действительности в храм? Это — ложная религия, только чтобы показать другим, что вы религиозны. Но поможет ли это? Храм тоже становится рабством, ритуал — это рабство. Священник тоже эксплуатирует вас, он знает вашу слабость.
С религией мы играем в величайшую игру, мы создали путы от свободы, потому что человек, подобный Кришне или Иисусу, опасен, он не собирается давать вам фальшивую жизнь, он даст вам настоящее.
Вот почему Иисус говорит:
«Тот, вблизи меня — вблизи огня...»
Что означает «огонь»? Огонь, в котором вас не останется, вы должны будете полностью исчезнуть. Этой толпе, которой вы являетесь, не позволено будет остаться, ведь в атом и причина вашего бедствия, это и является вашим бедствием и мукой. Эта толпа должна исчезнуть, исчезнуть в кристаллизованном центре.
Огонь — это алхимический термин; все, что нуждается в кристаллизации, должно пройти через огонь. Если вы хотите сделать что-то из золота, золото должно пройти через огонь. Сначала оно должно стать жидким, потом оно очистится — это будет чистое золото, потом вы можете отлить из него что-нибудь. Но оно должно пройти через огонь. И то же самое должно произойти с учеником: Мастер — это огонь, и вы должны стать жидким, чтобы все, что есть плохого, выгорело; а все, что есть хорошего, стало жидким и единым. Тогда вы кристаллизуетесь.
Вначале Мастер — это огонь, а потом бесконечная прохлада случается при его содействии. Но начало -могучее, и это пугает. Легко приблизиться к жрецу — он так же фальшив, как и вы. Нет никакой опасности, и вы это знаете. Легко пройти через ритуал, вы знаете, что это ложь. Но подойти к Иисусу трудно: вы подходите ближе к огню, чем ближе, тем сильнее вы чувствуете, что горите, когда подходите в самом деле близко... Вот что делает ученик: он подходит действительно близко, набирается храбрости и подходит ближе и ближе, он позволяет огню свершить свое дело — Он проходит через топку. Иисус — это топка.
Но когда ученик выходит из нее, он совершенно другой: толпы нет, теперь он совершенно другой, он совершенно другой металл. Низший металл перешел в высший — железо стало золотом — это было трансформацией. Когда я говорю, что это было трансформацией, я имею в виду, что оно не имеет прошлого. Если есть протяженность в прошлом, нет преображения, есть только затмение. Именно это вы обычно и делаете.
Вы изменяете себя — немного здесь, немного там. Это — лоскутное одеяло, но не революция. Лоскутное одеяло никогда не помогает до конца, вы никогда не преображаетесь. Где-то вы немного изменились, но общее остается тем же. А общее так могущественно, что то новое, что вы сделаете, не остается надолго новым. Рано или поздно общее поглотит его, и оно станет старым. Вы продолжаете улучшать себя, но никакое улучшение не может привести вас к религии. Религия — это не улучшение. Кого вы улучшаете? Вы — болезнь, вы — заболевание, и вы улучшаете заболевание. Вы можете шлифовать его, вы можете гримировать его, вы можете дать ему маску, даже уродство может выглядеть не таким ужасным, но болезнь остается.
Преображение не имеет продолжительности в прошлом, это — не лоскутное одеяло: вы полностью растворяетесь, и появляется нечто новое. Вот о чем говорит Иисус: о новом рождении, о возрождении. Старое уходит, и приходит новое. Это новое — не из старого, оно совершенно новое — вот почему это — рождение, это не просто старое, которое продолжается, изменяясь. Нет! Старого больше нет, появилось нечто, чего ранее не было. Это -разрыв: старое отбрасывается, приходит новое, и между ними нет причинной связи. Это очень трудно понять, потому что научное образование делает ваш разум одержимым причинностью.
Мы думаем, что все имеет причину, даже Будда обусловлен, Иисус обусловлен, они — из прошлого. Нет! Если вы думаете, что Будда — из прошлого, вы все упускаете. Прошлого больше нет, Будда совершенно нов, этого человека никогда раньше не существовало; был Гаутама Сиддхартха, но Будды никогда не было. Старое ушло в ничто, новое пришло из ничего. Новое не рождается из старого, новое приходит на место старого, ведь старого больше нет, и его место не занято, пусто. Новое приходит из неизвестного. Старое должно исчезнуть, а новое, находя место, пустоту в сердце, входит.
Это как если бы ваша комната была в темноте: двери и окна закрыты, в ней темно, как ночью. Вы открываете дверь или окно, и внезапно темнота исчезает, теперь здесь свет, вошло солнце. Что вы скажете? Скажете ли вы, что этот свет порожден темнотой, которая была здесь? Тьма перешла, изменилась в свет? Нет! Просто тьма ушла и вошел свет. Этот свет не имеет никакого отношения к тьме, он не порожден тьмой, он — совершенно нов. Он ждал у ворот, врата открылись и он вошел — нужно только их открыть.
Когда вы медитируете, вы открываете; когда вы молитесь — вы открываете. Старое, тьма исчезнет, и здесь будет свет. Этот свет не имеет никакого отношения к прошлому, так же, как тьма не имеет отношения к свету. Они — в разных измерениях, они — разные существования. Попытайтесь это понять, потому что это — чудо, на котором всегда настаивает религия. Наука не может этого понять, потому что она мыслит в терминах изменения, перемены, продолжительности. Религия мыслит в терминах дискретности, трансформации, мутации.
Вы постепенно становитесь Иисусом или Буддой, вы — барьер. Вы должны полностью сгореть, вы должны умереть. Когда Иисус снизойдет на вас, вас там не будет. Вы почувствуете, что прошлое было лишь сном, вам все приснилось, это были не вы, отождествление сломано.
Итак, Иисус подобен огню. Если вы подходите близко к Иисусу, будьте готовы умереть, потому что Иисус означает ни что иное, как смерть для вас. А возрождение возможно только если вы умрете. Если вы боитесь умереть, бегите от людей, подобных Иисусу. Не подходите к нему близко — он опасен, он — как бездна, вы задрожите и упадете в него.
Иисус сказал: «Тот, вблизи меня — вблизи огня...» — рядом со смертью, рядом с умиранием; старое исчезает, низший металл плавится.
Тот, вблизи меня — вблизи огня, — и сразу же он говорит о другом, если вы можете выдержать жар, огонь Иисуса, Будды или Кришны, тогда для вас становится возможной другая вещь.
«Тот, вблизи меня — вблизи огня, а тот, кто ввели от меня — вдали от Царства,»
Если вы можете пройти через огонь Иисуса, если ученик может пройти через огонь Мастера, перед ним немедленно открывается новый мир: Царство Бога, Царство бессмертия, нетленная, истинная жизнь.
Вот Иисус и говорит: Тот, вблизи меня — вблизи огня, а тот, кто вдали от меня — вдали от Царства. Если вы бежите от Иисуса, вы бежите от предельного Царства, которое может быть вашим. В этом и проблема притяжение и отталкивание Мастера. Когда Царство притягивает вас, вы подходите ближе — но тогда вы чувствуете огонь и пытаетесь бежать.
Однажды вы окажетесь рядом с Просветленным человеком, и это станет проблемой на всю вашу жизнь: подойти ближе или убежать. Когда вы вдали, вы думаете, как подойти ближе, ведь тогда огонь не чувствуется. Итак, снова Царство, которое должно быть достигнуто, это — исполнеиие. Без этого вы останетесь ненаполненными; без этого вы остаетесь пустым чревом, не дающим рождения ничему; без этого вы остаетесь бесполезным, бессмысленным; вся ваша жизнь будет лишь кошмаром, ведущим в никуда — так быстро бежать и никуда не попасть. С этим вы почувствуете, как распускаться и как цвести.
Это может произойти только рядом с Мастером, тем, кто уже цветет. Только там ваши семена станут беспокойными, почувствуют неудобство в своих мертвых клетках. Они начнут бороться с клетками, они разобьют их и выйдут на волю, чтобы достичь солнца. Но это может произойти только если вы готовы пройти через огонь. Это — проблема для ученика, когда он подходит к Мастеру, все его тело и разум думают о бегстве. Он ищет любые разумные доводы в пользу бегства, внутри он все время обдумывает, как бежать от этого человека, этот человек кажется опасным. Когда он убегает, он снова хочет вернуться.
Он должен решиться. Это решение — окончательное, вы не сможете вернуться обратно. Когда вы — в огне, вы не можете вернуться обратно. Когда вы действительно близки к Иисусу, дороги назад нет. Наступает момент, после которого возврата нет, когда вы проходите через огонь, вы сможете увидеть проблески Царства. Тогда огонь — не огонь, тогда вы счастливы и блаженны. И теперь просвет недалеко, Царство — близко.
Когда вы увидели один проблеск Царства, тогда любой огонь перестает быть огнем. Он так все смягчает, вы никогда не знали в жизни ничего настолько смягчающего, как он. Но если вы убегаете как раз перед прыжком в топку, вы будете в постоянной беде — вы и сейчас в ней.
Вы не новы на этой земле, никто не нов; вы стары, как земля, даже старше, чем эта земля, вы были и на других землях. Вы стары, как эта вселенная. Вы всегда существовали, потому что все, что есть в бытии, остается в бытии — нет пути выйти из этого. Вы — интегральная часть этого бытия, вы всегда здесь были. Вы были рядом со многими Буддами вы были рядом со многими Иисусами и Магометами и эта беда всегда была с вами. Когда вы услышали, вы привлечены.
Когда вы очень далеко, они становятся магнетическими силами. Потом вы подходите ближе, и чем ближе вы подходите, тем вам страшней, потому что там огонь. И вы убегаете — вот почему вы до сих пор скитаетесь. Но в один прекрасный день кто-то решается пройти через огонь, другого пути нет. Тогда вы находите фальшивого Мастера, который — не огонь; тогда вы идете к священнику, тогда вы идете в храм, в мечеть или в церковь; тогда вы исполняете ритуалы и все виды ложных вещей, только чтобы бежать от Иисуса и Кришны, потому что через них происходит истинное, а истинное — только через огонь.
Вы должны быть очищены, вы должны действительно полностью раствориться, чтобы пришла пустота. И в эту пустоту входит луч Созидания, луч Бога, и тогда вы наполнены. Тогда нет несчастья, нет дуккхи, тогда нет муки. Тогда вы вечно остаетесь блаженным, тогда приходит экстаз. Это не происходит из-за чего-то — тогда это ваша природа, само ваше бытие. Если экстаз происходит из-за чего-то, он не может быть вечным, потому что это может быть утеряно; если он вызван извне, тогда он не может оставаться всегда, он будет лишь моментален.
Экстаз и блаженство могут постоянно оставаться с вами, вечно с вами только тогда, когда вы придете к пониманию их, как вашей сущности -тогда никто не может их забрать. Но эта сущность нуждается в кристаллизации, в очистке, в алхимической трансформации. Старое должно уйти, чтобы новое пришло, прошлое должно умереть, чтобы родилось будущее. И это решение ученик должен принять.
«Тот, вблизи меня — вблизи огня, а тот, кто вдали от меня — вдали от Царства.»
Помните, что когда вы чувствуете огонь, решитесь — нужно идти и прыгать. Где бы вы ни чувствовали лишь утешение, бегите оттуда — там может быть священник, но не Мастер. Они всегда вас утешают и именно поэтому вам подходят.
Вы приходите к священнику, чтобы утешиться, так как жизнь -бедствие. Священник — терапевт, он утешитель. Он слушает и говорит вам: «Не бойтесь, только молитесь. Бог все сделает». Он говорит вам:
«Не бойтесь, Бог сострадателен. Ваши грехи будут прощены». Если вы боитесь смерти, он говорит: «Не бойтесь, душа вечна, для -нее смерти нет». Если вы чувствуете вину, он дает вам способ освободиться от вины. Он говорит: «Пожертвуйте немного денег на храм. Пожертвование — это хорошо, через пожертвование вы избавляетесь от своих грехов. Сделайте что-нибудь хорошее: постройте больницу, школу, идите и служите массам, падшим, бедным, больным».
Это — пути утешить вас, но в них нет преображения. Вы можете оставить ваш магазин, контору и стать социальным служащим; вы можете пойти к дикарям и служить им, но вы останетесь прежним. Вы перестанете эксплуатировать, вы начнете служить, но все старое продолжается. Вы были алчным и накапливали состояние. Теперь вы жертвуете, но вы остались прежним.
Вы были насыщены алчностью, теперь она стала жертвованием; сначала вы тащили у других, теперь вы даете — но вы остались прежним, внутренняя сущность не трансформировалась. Люди вас оценят, общество скажет: «Теперь вы изменились», — но изменения нет. Это просто отвержение вины, потому что вы стали виновным в слишком большой эксплуатации.
Жертва дает освобождение, она дает вам чувство, что вы хороши, но это только кажется. Из-за того, что вы плохи, вы просто пытаетесь уравнять счет, но вы остаетесь тем же хитрым разумом, думающим в терминах математики, баланса, подсчета. Какое с вами произошло изменение? До этого были важны деньги, они важны и сейчас. Они были важны, поэтому вы их копили; они важны, поэтому вы их жертвуете.
Раньше вы чувствовали, что делаете очень хорошее дело, успешную работу, накапливая; ведь вы были одержимы деньгами. Вы по-прежнему одержимы деньгами: вы даете и думаете, что служите людям, но деньги по-прежнему остаются полными смысла. Из положительной алчность стала отрицательной, но вы не изменились, вы остались прежними.
Вы жили в сексе. Теперь вы стали брахмашрьей, целибатом; вы пресытились женщинами и мужчинами, вы со всем этим покончили. Но действительно ли вы покончили? Это стало просто отрицательным. Всегда помните, что когда положительное становится отрицательным, это дает вам ложное чувство, что вы изменились. Это как если человек стоит на голове: он остается прежним. Сначала он стоял на ногах, это было естественно, секс более естественен — теперь он стоит на голове, он выполняет сиршасану, и думает, что изменился. Но как вы можете измениться стоя на голове? Вы можете жить в безбрачии, но вы остались прежним...
Случилось так: один из друзей Муллы Насреддина, Абдулла, отправился хадж, паломничество в Мекку. Он был старым человеком и недавно женился на молоденькой девушке. Она была очень красива. Уезжая, он очень тревожился. Было весьма вероятно, что она не будет хранить ему верность. Что делать? Он заказал пояс верности и надел его на жену. Но куда девать ключ? Брать его с собой в хадж выглядело не очень хорошо, это отягощало бы его сознание, будто он не верит своей жене. И ключ постоянно напоминал бы ему о жене и о возможной ее неверности. Он пошел к Насреддану, своему другу.
Насреддин был уже стариком, ему было девяносто девять лет, и все знали, что он покончил с женщинами. А когда люди пресытились этим, они начинают говорить о брахмашрье. Он вскгда говорил о брахмачарье и обвинял молодых, говоря им: «Вы тратите свою жизнь. Это бесполезная трата энергии, и ничего более. Это ведет в никуда».
Его друг Абдулла пришел к нему и сказал: «Насреддин, я в беде. Моя жена молода и ей трудно доверять, так что я надел на нее пояс верности, и запер в него свою жену. Куда теперь девать ключ? Ты всегда чтил брахмачарыо, ты мой самый верный друг, так что храни ключ. Через три месяца я вернусь».
Насреддин сказал: «Я благодарен тебе за то, что ты подумал обо мне в эту трудную минуту. Я уверяю тебя, что ключ не мог бы попасть в лучшие руки. Твоя жена будет в безопасности».
Абдулла уехал, сбросив тяжесть с сердца. Опасности больше не было:
Насреддину было девяносто девять лет, он всегда чтил брахмачарью, и двадцать лет проповедовал безбрачие. Счастливый, что все сложилось так удачно, он уехал. Но всего через час он услышал за собой топот скачущего осла, который к нему приближался. Вскореон увидел Насреддина, уставшего от трудной поездки и задыхающегося. Насреддин сказал: «Абдулла, Абдулла, ты дал мне не тот ключ!»
Так всегда и случается с негативным разумом. Если вы меняетесь от позитивного к негативному, вы можете меняться и от негативного к позитивному. Это — два полюса одного и того же разума. Так что вы будете удивлены, что брахмачарьи, монахи постоянно думают о сексе, постоянно его проклиная, все время о нем думают. Можно отбросить и то, и другое, но вы не можете сделать невозможное, избирая одно и отвергая другое. То, что отвергается, утверждается, то, что подавляется — питается.
Вы можете отбросить все целиком, это возможно, но тогда вы не брахмачарьи, и не тот, кто предается сексу, вы просто избегаете обоих, вы ни то, ни другое. Тогда вы — не мужчина, ни женщина. Вот что Иисус имеет в виду, когда говорит о «евнухах Бога»: когда обе полярности отброшены. Иначе вы будете сохранять один полюс: от алчности вы можете двигаться к жертве, благотворительности, но скупость останется прежней. Я видел много типов скряг. В основном их два типа: негативный и позитивный. Позитивный скряга копит деньги, общество против него; негативный скряга жертвует, общество за него, но скряга тот же.
Мулла Насреддин умер и через шесть месяцев его жена тоже стала умирать. А они были самой скупой парой в долине. Жена позвала соседку и сказала ей: «Послушай меня, Рехама, ты должна похоронить меня в моем черном шелковом платье. Но материал дорогой, а платье почти новое, так что сделай одну вещь. Так как я буду лежать в гробу на спине, никто этого не увидит. Ты отрежь заднюю часть платья и сделай себе платье для себя».
Женщина сначала не могла поверить тому, что жена Насреддина стала такой благотворительницей, кроме того, она не могла поверить той чепухе, которую та говорила.
Жена Насреддина сказала: «Я была бы счастлива подарить тебе что-то перед тем, как я уйду, и это — мой подарок. Но мне не хочется портить материал, он такой дорогой и красивый и совсем новый. Так что отрежь заднюю часть платья, никто не увидит».
Но соседка сказала: «Здесь мы, может и не увидим, но там, на той золотой лестнице, по которой вы с Насреддином будете подниматься, ангелы будут смеяться».
Жена Насреддина рассмеялась и сказала: «Не волнуйся, они на меня и не посмотрят, я похоронила Насреддина без штанов!»
Алчный человек остается алчным, гневливый остается гневливым, человек секса остается сексуальным, движение к противоположному полюсу не дает изменения, помните это. Так что вы легко можете прийти к ложной религии, которая всегда придает особое значение другому полюсу. Если вы гневаетесь, ложная религия говорит: «Сочувствуйте всем, любите ближнего, как самого себя... Будьте дружелюбны, не гневайтесь -и вас вознаградят! » Если вы алчны, ложная религия говорит: «Сдерживайте свою алчность, и вас вознаградят в другом мире». Человека завлекают, используя ту же алчность, так что жертвуйте, будьте благотворительны! Если вы заплатите одну рупию здесь, в этом мире, в другом мире вам дадут миллион. Вот что дает вам ложная религия: она просто помогает вам двигаться к противоположному полюсу, а это легко.
Разуму всегда нравится двигаться к противоположному полюсу, так как он пресыщается одним, А противоположное вновь придает вкус, дает и вам возможность снова двигаться. Человек, который слишком много ест, становится пресыщенным. Вкус утрачен, тело больше не голодно, он не может больше наслаждаться пищей, вот он и начинает задумываться о посте. Он не меняется — просто пост вновь вернет ему вкус, тело вновь станет голодным. Пост всегда хорош для тех, кто одержим пищей. Поститесь два дня и голод вновь вернется, и вы вновь будете есть со вкусом.
Когда вы занимаетесь любовью с женщиной или мужчиной, тела удовлетворено — конечно, только на сутки, но удовлетворено, вы чувствуете пресыщение. После занятий любовью, каждый мужчина, каждая женщина думают о том, как отбросить всю эту ерунду; она выглядит абсурдно. Вершина пройдена, вы вновь в долине, вы принимаете некое решение -и вы неправы, вы ничего не решаете. За двадцать четыре часа тело снова накопит энергию, вкус вернется и вы нарушите ваш пост. Для секса нужен двадцатичетырехчасовой пост, а когда вы станете старше, вам понадобится больше времени, чтобы нарушить пост. Но когда вы снова наполняетесь энергией, вы вновь сексуальны.
Обратите внимание на полярность. Ложная религия и настоящая религия этим существенно отличаются: ложная религия помогает вам двигаться к противоположному полюсу, это — не преображение: настоящая религия помогает вам сжечь обе противоположности целиком. Вот почему настоящая религия — это настоящий огонь. Иисус говорит:
«Тот» вблизи меня — вблизи огня, о. тот, кто вдали от меня — вдали от Царства,»
А когда желания, и позитивное, и негативное исчезнут, Царство -здесь. Царство не далеко, оно всегда там, в вас. Только из-за желаний вы не можете его видеть, вы одержимы страстями. Вы не можете смотреть на него, одержимые желаниями, вы не можете на него взглянуть.
Когда ваши глаза тем или иным образом w застилают страсти, когда вы не живете сексом или против секса, когда вы не одержимы пищей или постом, когда вы просто без желаний, тогда ваши глаза не застланы дымом, они могут видеть, появляется ясность. В этой ясности Царство всегда существует, оно внутри вас, но ваши глаза заполнены и переполнены желаниями. А желания приносят разочарования, слезы; страсти творят грезы, порождают надежды. Ваши глаза заполнены, вот почему нет ясности. Глаза, не заполненные желаниями, надеждой, грезами, разочарованием — пусты, и у вас будет проблеск, первый проблеск.
Вблизи Иисуса, вблизи Просветленного вы должны пройти сквозь огонь. Этот огонь сожжет все ваши страсти — негативные и позитивные сразу; этого мира и того, обоих. Он сожжет все ваши надежды, ведь страсти живут благодаря надеждам. В действительности, он сожжет все ваше прошлое и будущее, он приведет вас просто в «здесь и сейчас»; больше нет ни прошлого, ни будущего, некуда смотреть. Внезапно энергия обращается внутрь, это — превращение, преображение. Некуда смотреть наружу, прошлое бесполезно, оно умерло, будущее еще не наступило — куда идти? Вы должны идти внутрь, энергия должна двигаться; не находя выхода наружу, вся анергия обращается внутрь. Царство Бога — там.
Иисус сказал :
«Придите ко мне, ибо иго мое — благо, власть моя кротка, и вы найдете покой себе.»
Это должно быть понятно глубоко, это нужно запомнить, так как это будет вам помогать.
Когда вы приходите к человеку, подобному Иисусу, в разуме возникает проблема: «3ачем подчиняться этому человеку? Это выглядит рабством». А тогда все это выглядит очень противоречиво, потому что Иисус продолжает говорить: «Я здесь, чтобы освободить вас, я здесь, чтобы дать вам полную свободу», — а потом он настаивает на подчинении. Это выглядит противоречиво: «Зачем подчиняться? Почему я должен подчиняться другому человеку?» А он говорит: «Я пришел дать вам полную свободу». Это выглядит противоречивым: «Тогда он мог бы дать ее прямо сейчас.
Зачем мне подчиняться кому бы то ни было? Зачем мне делать его господином? Почему гуру, почему Мастер должен быть господином моей души и моей сущности? Зачем мне подчиняться?»
Иисус сказал:
«Придите ко мне, ибо иго мое — благо, власть моя кротка, и вы найдете покой себе».
Он говорит: «Да, я знаю, так вы почувствуете, что это — тоже вид рабства». Без того, чтобы Иисус освободил вас, как вы можете почувствовать, что это — истинное освобождение?
Вы знаете только рабство. Где бы вы ни были, вы знали рабство. Во имя любви вы узнали рабство. А любовь обещала, что она будет свободой, но она ею не стала. Посмотрите на любую жену, на любого мужа — они рабы, и это иго очень тяжело. Вы движетесь по миру в поисках свободы и везде вы создаете тюрьму, куда бы вы не пошли; именем свободы создаются все виды рабства: нация — это рабство, раса, религия, так называемая любовь — это рабство. И каждый отягощен многими видами рабства. Потом приходит Иисус, и он также требует подчинения.
Конечно, ваш разум скажет: «Это снова рабство». Иисус этого не отрицает, так как в этот момент, в этом состоянии ума, вы не можете понять, в чем состоит освобождение. Вот он и говорит: «Придите ко мне, ибо иго мое –благо» Это — все, что он вам обещает. Он не говорит: «Я дам вам свободу прямо сейчас». Это может случиться, но прямо сейчас он дает только одно обещание, он говорит: «...иго мое -благо, власть моя кротка, и вы найдете покой себе».
В жизни ваше иго тяжко, и в жизни вокруг вас господа довлеют над вами и приказывают вам. Они опасны, жестоки; они, как львы, прыгают на вас и убивают вас. Иисус говорит: «В данный момент может быть сказано и понято вами только это: мое иго не тяжело, оно нетрудно». И когда вы думаете: «Зачем подчиняться?», тогда вы не выбираете свободу, вы просто выбираете ваше старое рабство во имя свободы, так как ваш разум сам есть рабство, ваши страсти — рабство. И вы не можете выйти из них без некоторой помощи, которая приходит извне.
Вы так долго оставались в тюрьме, что вы думаете, что это — ваш дом. Эта тюрьма так хорошо укреплена, что вы не можете выбраться из нее без помощи кого-нибудь извне, без того, кто выбрался из тюрьмы и знает, как из нее выбраться...
Мастер только это и имеет в виду: что он тоже был в тюрьме, в той же тюрьме, что и вы, но каким-то образом он бежал; он нашел дверь, он нашел замок и ключ, некий метод, и он бежал — теперь он может помочь. Если вы все спите, вы не можете выйти из сна. Нужно что-то снаружи, даже будильник может помочь, поскольку он — снаружи. Но с этим будильником вы можете обмануть себя, так как вам может грезиться, что это храм, а не тюрьма, и звонит храмовый колокол, вы можете грезить и продолжать спать. Кто-то — не механическое приспособление, но кто-то живой — нужен, Мастер, который бодрствует, который не позволит вам спать и создавать новые грезы, кто будет продолжать вас трясти.
Иисус говорит: «В конце концов, свобода будет с вами, но прямо сейчас я могу обещать только одно: что мое иго легко, моя власть кротка. А вы избираете столь тяжкое иго
Случилось так: один очень скромный человек вошел в офис — худенький, болезненный, очень вежливый. Он сказал: «Я пришел, узнав, что вам нужен ночной сторож».
Управляющий с сомнением посмотрел на него и сказал: «Да, нам нужен ночной сторож, но нам нужен человек, который находится в постоянном беспокойстве, особенно ночью! Нам нужен человек, который никогда никому не верит, скептик, прирожденный скептик: кто что бы ни делал, он никогда никому не поверит. Он должен быть человеком, постоянно ищущим несчастий, который всегда прислушивается к тому, что происходит вокруг; он почти невротик, а если его разбудить, становится воплощенным дьяволом».
Тихий и скромный человек встал и сказал: «Тогда я пришлю свою жену».
Вот как муж чувствует жену, и вот как жена думает о муже — иго действительно тяжкое. Но можно осознать, что таким же является любое ваше желание и стимулы, которые постоянно ведут к тщетным целям. Если вы не идете к ним, будет несчастье; если идете, будет разочарование. Каждая страсть — хозяин, а страстей — миллионы. Так что вы раб миллионов хозяев. Это тяжело, каждая страсть стимулирует вас для собственной цели, не заботясь о вас. И если вы не идете, тогда беда: страсть не оставит вас так легко, так как это -вопрос господства. И если вы идете, тогда приходит разочарование, потому что эта цель-цель страсти, а не ваша. А вы не знаете, какова ваша цель, потому что вы не знаете, кто вы есть.
Подчинение означает выбор одного Мастера в качестве господина вместо этих миллионов хозяев — страстей и инстинктов. Господство мягко, оно мягко по многим причинам, но в основном из-за того, что Мастер -один. Это всегда хорошо — иметь одного хозяина. Даже если у вас два хозяина, вы столкнетесь с несчастиями, а если хозяев миллионы, вы будете в постоянной путанице. Будут отдаваться миллионы приказаний, вас будут толкать в произвольных направлениях; вы станете хаосом. Вот как приходит безумие: из-за того, что вы не знаете, что делать. За кем следовать, за кем не следовать? Ваша алчность говорит: «Главное — копи деньги». Ваш секс говорит: «Занимайся сексом». Но тогда есть конфликт, возникает проблема.,
Если вы слишком много предаетесь сексу, вы не можете копить деньги. Скряги всегда антисексуальны, они должны был» такими, потому что одна и та же энергия должна быть обращена на накопление денег. Скряги — не любовники, они совершенно антисексуальны. А люди, предающиеся сексу, никогда не могут накопись денег, это трудно. Даже если это сделали их предки, они все растратят, они найдут способы все спустить.
Одна страсть говорит: «Копи деньги, деньги — это безопасность. Кто тебе поможет в старости? Имей банковский счет, это — защита», — а потом секс говорит: «Но жизнь идет, зачем думать о старости? Твоя молодость проходит, иди и погрузись в секс до того, как миг пройдет и энергия истратится. Используй миг, наслаждайся им!» Секс говорит: «Будь здесь и сейчас, в этом моменте, не думай о дальней цели».
Такой конфликт возникает не только между двумя страстями -каждая страсть в конфликте с остальными. Гнев говорит: «Убей, немедленно убей этого человека!» Но ваш же страх говорит: «Не убивай, иначе другие убьют тебя. Будь вежлив, улыбайся. Ты хороший человек, ты не убийца, ты не преступник». Так что же делать? Так много хозяев и только один раб.
Это хорошо, если вы избрали одного Мастера. В конце концов, исчезнет миллион голосов, только за Иисусом должно следовать, и вы можете переложить всю ответственность на него. И он говорит: «Легко мое иго...» Почему оно легко? Потому, что даже если он просит о подчинении, он и просит вас подчиниться только так, чтобы вы стали свободны от других ваших хозяев. Как только вы свободны от ваших хозяев-страстей, он отбросит и это-иго также. Это просто временное явление, только переход. Как только вы отбросили все страсти, подчинение не нужно. Мастер сам скажет: «Теперь отбрось и это подчинение тоже, так как ты сам стал Просветленным, своим собственным светом, по-своему».
Иисус сказал: «Придите ко мне, ибо иго мое — благо, власть моя кротка, и вы найдете покой себе.»Иисус сказал: «Тот, кто напился из моих уст, станет как Я, и Я сам стану им, и тайное откроется ему».
Сдача — это переход для ученика, чтобы самому стать Мастером, потому что когда вы абсолютно сдаетесь, в этот миг вы становитесь одним с Мастером, тогда нет конфликта. Тогда нет это, «Странствование эго» закончено, вы его отбросили. Ведь сдача означает, что вы говорите: «Меня нет, есть ты, и веди меня куда бы то ни было... Я не решаю, ты решаешь, просто я следую, как тень, я будут ослеплен моей верой. Даже если ты скажешь: «Прыгни и умри!», — я прыгну и умру. Никаких нет не будет исходить от меня, мое да — окончательно, всеобще и абсолютно. Абсолютное да — это сдача.
<< Пред. стр.
страница 5
(всего 7)
ОГЛАВЛЕНИЕ
След. стр. >>
Copyright © Design by: Sunlight webdesign

WARC-Identified-Payload-Type: application/xhtml+xml

Accept-Ranges: bytes

Vary: Accept-Encoding

Content-Type: text/html