Сколько трудов Гая Саллю́стия Криспа дошло до наших дней?
Тит Ливий
Существует версия о том, что эволюция морального состояния римлян виделась Ливию более сложным процессом, нежели механическое движение от высокодуховной древности к развращённой современности. В результате допускается, что Ливий в полной мере разделял циклические взгляды на историческое развитие, хотя это предположение нечасто встречается в современных исследованиях[129]. Сторонник этой точки зрения Бернар Минео (French: Bernard Mineo) обнаруживает в «Истории» два ярко выраженных цикла римской истории приблизительно одинаковой длины (360—365 лет), не совпадающие с традиционным делением римской истории до установления принципата на царский и республиканский периоды. Начало первого цикла французский исследователь связывает с основанием города Ромулом, его апогей — с правлением Сервия Туллия, после чего следует постепенный закат. Поворотный момент в римской истории он видит в нашествии галлов в 390 году до н. э. и деятельности Марка Фурия Камилла, которого Ливий представил вторым «основателем» Рима, то есть фигурой, равноценной Ромулу (искусственную героизацию Камилла исследователи замечали и ранее). Затем начинается второй цикл, который достиг апогея при Сципионе Африканском, после чего последовал новый закат и метафорическое разграбление в годы гражданских войн, остановленное третьим «основателем» Рима Октавианом Августом. Главным критерием развития и регресса для Ливия служит не только и не столько состояние общественной морали, а господство в обществе согласия (concordia) или раздоров (discordia)[130]. Впрочем, такое деление не является общепринятым: например, В. С. Дуров обнаруживает в сочинении Ливия всего один исторический цикл, характеризующийся постепенным упадком морали и завершившийся реформаторской деятельностью Октавиана Августа[131].