Кто такой Муссолини?
Муссолини, Бенито
До прихода к власти в 1922 г. Муссолини выступал с громовыми речами в адрес Палаты депутатов (например, во время Первой мировой войны он назвал парламент «зловонным чумным пятном, отравляющим кровь нации»[66]), но он не был безоговорочным принципиальным отрицателем парламентского строя: Муссолини не заботился о форме, его беспокоило внутреннее содержание. Он считал, что парламентская система сама по себе ни плоха, ни хороша и в той или иной исторической ситуации парламентская система может дать чудесные результаты или привести страну к гибели[67]. Кодексы парламентской системы были переписаны под Муссолини. В своих схватках с парламентской оппозицией Муссолини неоднократно сбивал с ног противников метким и сильным ударом:

Кто, синьоры, выступает в роли такого пламенного, такого страстного защитника парламентской системы, защитника конституционной законности, всех институций? Да, ведь, это же мой старый знакомец, в прошлом социалист, а ныне и вовсе коммунист Талэ-Квалэ? Понимаете, синьоры?! Старшие «товарищи», отцы и наставники этого моего старого знакомого, его вдохновители, русские большевики,
те, ничуть не стесняясь, раздавили в лепешку народившийся в России парламентский строй и все демократические институции, и упорно требуют от наших коммунистов, чтобы они проделали то же и здесь. И мой старый знакомый Талэ-Квалэ преусердно работает в этом направлении. Но собираясь взорвать весь строй, чтобы на его развалинах построить советский парадиз, он же яростно набрасывается на нас за наше недостаточно почтительное отношение к парламентаризму, он яростно протестует против делаемых нами нарушений конституционной законности! Представляю вам самим, синьоры, дать оценку стараниям представителя оппозиции…

Из парламента были удалены все коммунисты и социалисты, крайне левые клерикалы, а также и вступавшие в союз с ними республиканцы и радикалы. Парламент оказался основательно «вычищенным», и остались в нём, собственно говоря, только фашисты, да симпатизирующие им. 31 июля 1924 года в Италии создали министерство по делам печати и пропаганды, главой которого был назначен Дино Альфьери. Принятые им меры привели к закрытию большинства оппозиционных газет. Главным редактором газеты теперь мог стать только член фашистского профсоюза, объединявшего журналистов с партийными билетами[68]. Профсоюзы также были лишены какой-либо самостоятельности и были объединены в «корпоративную систему». Цель, состояла в том, чтобы разместить всех итальянцев в различные профессиональные организации или «корпорации», которые находились под тайным правительственным контролем[69].