Исступление его доходило до бреду; Николай Всеволодович нахмурился и как бы стал осторожнее.
Он задумчиво потянулся за кружкой и налил себе еще вина, но взгляд его остался неподвижно устремлен на князя, как бы ожидая, что тот скажет или сделает следующее.