Нежная пленка белой коры облепляла фосфор, и огонь тух.
Остатки пламени мерцали в темноте, как последние искры жизни. Фосфор, теперь без огня, лежал в тишине, окруженный белой коркой, как мертвое тело, обернутое в простыню.