Мертвая старуха как мешок сидит в моем кресле.
Ее сухие кости скрипят, когда она сдвигается, и я чувствую себя как в морозильной камере. Ее глаза, как две сухие орехи, смотрят прямо на меня, и я чувствую, что она видит что-то, чего я