Николай Петрович раза два ударил рукою по воротнику сыновней шинели и по собственному пальто.
Он вздохнул, как будто выдохнул всю злость, и прошелся по комнате, как бы собираясь с мыслями. Затем остановился у окна и стал смотреть на темное небо, как будто надеясь найти ответы на свои вопросы среди