Ноги ее были накрыты легкой простыней.
Ее лицо было спокойным, но глаза были закрытыми, а дыхание было глубоким и ровным. Вокруг нее стояла тишина, нарушаемая только тихим шелестом простыни, которая скользила по ее ногам.