«Прощай, Марья Ивановна, моя голубушка! прощайте, Петр Андреич, сокол наш ясный! – говорила добрая попадья.
- Прощайте, добрая попадья, - отвечали они, - мы вас тоже любим. - И все трое стояли на пороге, глядя на село, которое лежало в глубине долины, под золотистым солнцем.