It emerged in the late nineteenth century as a reaction to depth psychology and other traditional forms of psychology, which often had difficulty making predictions that could be tested experimentally.
Он появился в конце девятнадцатого века, как реакция на глубинную психологию и другие традиционные формы психологии, которые зачастую не справлялись с экспериментальной проверкой предсказаний.