Over time, local governments – both Prussian and (after 1945) Polish – tried to save the temple with fascine and concrete blocks, but all attempts were unsuccessful.
С течением времени, местные органы власти – как Пруссии, а затем и (после 1945 года) Польши, – пытались спасти храм, устанавливая бетонные блоки, но все попытки были безуспешны.