He appears to be violent, even sociopathic, at certain points ("I am the bullet in the gun"), but also claims to represent the purposes of religion, and the ultimate, unattainable goal of all human desire.
В некоторых моментах он предстаёт жестоким, порой социопатическим («I am the bullet in the gun»), но также он заявляет о себе как представляющим цели религии, и равно абсолютной, недостижимой цели людского желания.