This position put him in opposition to many European Communists and the leadership of Comintern, who saw religious belief as a hindrance to a proletarian revolution and a tool of the ruling class.
Это положение помещало его в оппозицию ко многим европейским коммунистам и лидерам Коминтерна, где религиозная вера расценивалась как помеха для пролетарской революции и как инструмент правящего класса для сдерживания угнетённых.