Carlisle further stated that the precedents recognizing that the decisions of the "revolutionary" government would be binding on any subsequent governments were "universally admitted in the public law of nations".
Карлайл также заявил, что прецеденты признания того, что решения «революционного» правительства оказывали влияние на любые последующие правительства, были «повсеместно признанными в публичном праве страны».