This contrast, which is "remarkable in itself," is further strengthened when the reader learns that, according to Hartmann, he himself was never present at séances, whereas Aksakov who has become interested in the Spiritist movement in 1855, since 1870, repeatedly participated in the spiritistic séances.
Этот контраст, который «замечателен сам по себе», ещё больше увеличивается, когда читатель узнаёт, что, по признанию Гартмана, он никогда не присутствовал на сеансах, тогда как Аксаков, заинтересовавшись спиритическим движением в 1855 году, с 1870 года многократно принимал участие в спиритических сеансах.