After the camp's closure in August 1992 due to press coverage, she became an activist for victims of rape and is credited with helping in the recognition of wartime rape as a war crime under international law.
После закрытия лагеря в августе 1992 года из-за освещения в прессе она стала активисткой в поддержку жертв изнасилования, и ей отводят важную роль в признании изнасилования во время войны военным преступлением в рамках международного права.