Although he "wouldn't dare" go so far as to say he believes it, he noted that "it's actually quite difficult to construct a theory where everything we see is all there is".
Несмотря на то, что он «не посмеет» идти так далеко, чтобы сказать, во что он верит, он отметил, что «на самом деле довольно трудно построить теорию, где всё, что мы видим, является всем, что есть».