Thus, no matter who died, the dowry, which represented a substantial sacrifice by the wife's parents for their daughter's happiness, would end up with the husband or his family.
Таким образом, независимо от того, кто умер, приданое, которое представляло собой значительную жертву родителей жены ради счастья их дочери, в конечном итоге оставалось у мужа или его семьи.