This experience was so profound that a decade later, in 1991, he wanted to "write a story about the people guarding the end of the world", and ultimately "the things that come out of the north are a good deal more terrifying than Scotsmen or Picts".
Это впечатление было настолько глубоким, что десять лет спустя, в 1991 году, он захотел «написать историю о людях, защищающих край мира», и, в конце концов, «то, что приходит с севера, по-хорошему, более устрашающее, чем шотландцы или пикты».