Tripp reported their conversations to literary agent Lucianne Goldberg, who advised her to secretly record them, which Tripp began doing in September 1997.
Трипп сообщила об этих беседах литературному агенту Лусьене Голдберг, которая посоветовала ей тайно записывать их, что Трипп и начала делать в сентябре 1997 года.