However, for me it was obvious that the process of Bolshevization of Russia was inevitable and that we, the representatives of the old regime, will suffer for being on the wrong side, with all the ensuing consequences…When I went to work in the Red Army, we had not yet liquidated the German front and, therefore, I considered it possible to continue the fight against the Germans, even in the Red Army.
Вместе с тем для меня было очевидно, что процесс большевизации России будет неотвратимым и что мы, представители старого режима, будем страдающей стороной, со всеми вытекающими из этого последствиями… Когда я поступил работать в Красную Армию, ещё не был ликвидирован германский фронт, и поэтому я считал возможным продолжать борьбу с немцами даже в рядах Красной Армии.