God knows it did not cross our minds to attack the Towers, but after the situation became unbearable—and we witnessed the injustice and tyranny of the American-Israeli alliance against our people in Palestine and Lebanon—I thought about it.
Видит Бог, что нам и в голову не приходило атаковать башни, но после того, как ситуация стала невыносимой, и мы увидели несправедливость и тиранию американо-израильского союза против нашего народа в Палестине и Ливане, я задумался об этом.