He came on board in part because - like virtually every member of the cast and crew - he wanted the opportunity to work with the legendary Brando, but he also used the studio's desperation to his advantage, successfully demanding a hefty fee and a three-picture deal in exchange for his services.
Он согласился отчасти потому, что — как и практически все члены актерского состава и съемочной группы — хотел иметь возможность работать с легендарным Брандо, но он также использовал отчаянное положение студии в своих интересах, потребовав увеличенную зарплату и сделку на три фильма в обмен на свои услуги.