In a later justification for outing, Brand stated: "When someone ... would like to set in the most damaging way the intimate love contact of others ... at that moment his own love life ceases to be a private matter."
В более позднем оправдании для совершённого аутинга Бранд заявлял: «Когда кто-то… желает представить в самом угрожающем виде интимные любовные контакты других людей… в этот момент его собственная любовная жизнь перестает быть частным делом».