The story was sent to Russkaya Mysl in mid-March; between 15th and 18th, according to Chekhov's two letters to Viktor Goltsev.
Рассказ был отправлен в «Русскую мысль» в середине марта, между 15 и 18 числами, как следует из содержания двух писем Чехова к Виктору Гольцеву.