On 1 January, the Japanese military changed their radio communication codes, making it more difficult for Allied intelligence, which had previously partially broken Japanese radio ciphers, to divine Japanese intentions and movement.
1 января японские военные изменили свои коды радиосвязи, создав трудности для разведки Союзников, которая частично взломала старые шифры, что позволяло узнавать о намерениях и передвижениях японцев.