Horrocks later said that this had been "the most terrible decision I had ever taken in my life" and that he felt "physically sick" when he saw the bombers overhead.
Позднее Хоррокс говорил, что это было «самое ужасное решение, принятое в моей жизни» и что «его тошнило», когда он видел бомбардировщики над головой.