In 1952, Langfeldt argued that the diagnosis of Hamsun was correct and stressed that the diagnostic finding benefited both Hamsun's legacy and Norway as a nation.
В 1952 году Лангфельдт утверждал, что диагноз Гамсуна был верным, и подчеркнул, что сделанное заключение принесло пользу как памяти Гамсуна, так и Норвегии как нации.