According to his widow writing many years later, Graves had "complete faith" in the authenticity of the manuscript because of his friendship with Shah, even though he never had a chance to view the text in person.
Согласно писаниям его вдовы много лет спустя, Грейвз был «полностью уверован» в аутентичности манускрипта, из-за его дружбы с Шахом, даже не смотря на то, что у него никогда не было шанса лично просмотреть текст.