Despite criticism by some Quaker friends that Penn was setting himself above them by taking on this powerful position, and by his enemies who thought he was a fraud and "falsest villain upon earth", Penn was ready to begin the "Holy Experiment".
Несмотря на критику со стороны некоторых друзей-квакеров, что Пенн вознесся над ними, заняв властную позицию, и врагов, которые считали его мошенником и «худшим злодеем на земле», Пенн был готов начать «святой эксперимент».