The continuing pressure from European countries eventually overcame the strong resistance of religious conservatives who were holding that forbidding what God permits is just as great an offence as to permit what God forbids.
Давление европейских стран в конце концов преодолело сильное сопротивление религиозных консерваторов, которые утверждали: запрещать то, что Бог разрешает - это лишь преступный способ позволить то, что Бог запрещает.