Strindberg insisted that Bosse bring none of her possessions to the home he had furnished for her, creating a "setting in which to nurture and dominate her".
Стриндберг настаивал на том, чтобы Босс не приносила ничего из своего имущества в дом, который он для неё обставил, создавая «обстановку, в которой именно она должна воспитывать и доминировать».