According to Baranchik, this is a "first Belarusian political project after 1994" in the sense that it is not financed by external to Belarus powers, but Belarusians, who live in Russia.
По мнению Баранчика, это «первый после 1994 года белорусский политический проект» — в том смысле, что он финансируется не внешними по отношению к Беларуси силами, а белорусами, проживающими в России.