Nearly all the Byzantine writers who treated the subject of the pentarchy assumed that Constantinople, as the seat of the ruler of the empire and therefore of the world, was the highest among the patriarchates and, like the emperor, had the right to govern them.
Почти все византийские авторы, которые касались темы пентархии, полагали, что Константинополь как местонахождение правителя империи и, следовательно, мира (икумены), был наивысшим среди патриархатов и, подобно императору, имел право управлять ими.