In September, 1770 one of diplomatic representatives of Russia wrote: “Fatali Khan didn’t show any inclination to their side; indeed, he don’t want begin anything against Russia, except a continuing benevolence between them”.
В сентябре 1770 года один из дипломатических представителей России писал: «Фатали-хан на то никакой склонности не оказал и не сделал; в самом деле, он против России начинать ничего не желает, кроме продолжаемого им доброжелательства».