Olga Roitenberg, for example, writes about 550 lives lost to the war and the siege, while admitting that this sad figure is far from definitive.
Так, О. Ройтенберг пишет о пятистах пятидесяти жизней, унесённых войной и блокадой, признавая, что эта скорбная цифра далеко не окончательная.