At issue was the possession of dual citizenship; the provision extended the right of citizenship, and hence the right to vote, to members of the post-Soviet Lithuanian diaspora, which was concentrated in the United States, Canada, Australia, and Argentina, and their children, grandchildren, and great-grandchildren.
Речь шла о наличии двойного гражданства; это положение расширило право гражданства и, следовательно, право голоса, членам постсоветской литовской диаспоры, которая была сосредоточена в Соединенных Штатах, Канаде, Австралии и Аргентине, а также их дети, внуки и правнуки.