Advocates of Invisible Children's campaign protested that their desire to catch Kony was sincere, their emotional response to the film genuine—and that the sheer volume of supporters calling for the capture of Joseph Kony constituted a meaningful shift in human rights advocacy."
Защитники кампании Invisible Children возражали, настаивая, что их желание поймать Кони было искренне, их эмоциональная реакция на фильм подлинна — и, что само число сторонников, призывающих к поимке Джозефа Кони, являет собой значимый сдвиг в правозащитной деятельности».