And only the imagination of the Poet, even spurred by cocaine, can transform this wretchedness into a hymn to the eternal confrontation of two men who have fallen in love with one woman.
И только воображение Поэта, пусть даже подхлёстнутое кокаином, способно преобразить эту убогость в гимн вечному противостоянию двух мужчин, полюбивших одну женщину.