Cohen sings that, growing up, "we loved secretly/Who were we nice to? — Just uncles and aunts" and that love was conducted secretly and "We whispered only in the Bet language".
Коэн поет, что, подрастая, «мы любили тайно / Чем мы были хороши? — Просто дяди и тёти», и что любовь была секретом и «Мы шептались только на языке „бет“».