Formally, the Conference was equal in its significance to the Senate and the Synod, but by decree of October 5, 1756, it received the right to send them "resolutions to execution" in the form of extracts from the protocols.
Формально Конференция по своему значению была приравнена к Сенату и Синоду, но по указу от 5 октября 1756 года получила право посылать им «резолюции к исполнению» в виде выписок («экстрактов») из протоколов.