Geisel, who had harbored strong anti-Japan sentiments before and during World War II, changed his views dramatically after the war and used this book as an allegory for the American post-war occupation of the country.
Сьюз, который до и во время Второй мировой войны был подвержен сильным антияпонским настроениям, резко изменил свои взгляды после войны и использовал эту книгу в качестве аллегории послевоенной оккупации страны.