More clearly than ever before, we could see the man behind the words; the king who had drawn a line for himself and his task, a line from which he could not deviate.
Более ясно, чем когда-либо прежде, мы могли видеть человека за словами; король, который провел линию для себя и своей задачи, линию, от которой он не мог отклониться.