Until the beginning of July, it became obvious that the only support for the government's anti-Serb position came from the state-supported reactionaries while some kind of South Slav solidarity with Serbs existed, though still in an undeveloped form.
Ещё до начала июля стало ясно, что антисербская позиция имперского правительства поддерживается только проправительственными реакционными силами, в противовес которым возникла своего рода южнославянская солидарность с сербами, хотя всё ещё в неразвитой форме.