And yet, a third time, almost immediately before she offered up herself, a sweet virgin sacrifice, unto Him that made her, faintly cried 'I go, I go!'
И затем, в третий раз, непосредственно перед тем, как она передала себя, милую девственную жертву, Тому́, кто создал её, она слабо воскликнула: Я иду, я иду!