As such, he stood between the mores of the Italian ethnic ghetto in East Harlem where he grew up, and the judgment and norms of American society where he made his career.
Таким образом, он стоял между нравами итальянского этнического гетто в Восточном Гарлеме, где он рос, и суждениями и нормами американского общества, где Котильо строил свою карьеру.