In September 1952, Condon, in testimony before a Congressional committee, had his first opportunity to deny under oath all charges of disloyalty that had been made against him.
В сентябре 1952 года Кондон в своих показаниях перед комиссией конгресса имел первую возможность отвергнуть под присягой все обвинения в измене, которые были выдвинуты против него.