Behind this early "retirement" lay Fallmerayer's "known convictions, which, particularly in religious matters, are incompatible with the teaching profession."
За этим преждевременным «уходом на пенсию» находились «известные убеждения (Фальмерайера), которые, в частности в религиозных вопросах, были несовместимы с профессией преподавателя.»