Reynolds and his officers were exchanged for French prisoners some weeks later, and in the routine court-martial investigating the loss of their ship were honourably acquitted "with every sentiment of the court's highest approbation."
Рейнольдс и его офицеры были обменены на французских заключенных несколько недель спустя, и в ходе обычного военно-полевого расследования потери их корабля были оправданы «с чувством высочайшего одобрения суда».