He officially ended the one-party system he had maintained since 1967, but ultimately proved unwilling to implement broad reform, alienating allies both at home and abroad.
Он официально ликвидировал однопартийную систему, которую поддерживал с 1967 года, но, в конечном счете, отказался от идеи масштабных реформ, оттолкнув от себя последних союзников как дома, так и за рубежом.