In Chapter 3, section IV, he notes that "omnipotence itself" could not exempt animal life from mortality, since change and death are defining attributes of such life.
В главе 3-й, части 4-й, он отмечает, что «непосредственно всемогущество» не могло освободить жизнь животных от смертности, так как изменение и смерть определяют признаки такой жизни.