It is undeniable that he was a wealthy snob, hedonist, and womaniser, a racist and an anti-Semite (but not a homophobe), who changed from a liberal socialist and pacifist into a reactionary appeaser.
Нельзя отрицать что он был богатым снобом, гедонистом, бабником, расистом и антисемитом (но не гомофобом), который из либерального социалиста и пацифиста превратился реакционного охранителя.