Only the building is still slowly dying right in front of our eyes: the house’s wooden planks and beams are rotting, the floors have caved in several times, we poured cement, but all to no avail – the mixture just seeps into the ground, like pouring it into a manhole.
Только постройка все равно медленно умирает у нас на глазах: доски и бревна дома гниют, полы неоднократно проваливались, мы заливали цементом, но все бесполезно - раствор уходит в землю, как в колодец.