The latest casualty of this spininess was an embryo-affair that had given greater promise than usual of relieving the lonely tedium of his life, and perhaps even bringing him some content.
Последней жертвой этой колючести был маленький роман, от которого он ждал больше, чем обычно, избавления от одинокой и скучной жизни и, возможно, даже какого-то удовлетворения.