After all, such a thing is only possible when somewhere, in some place, we, at some time or another, have, even if it’s along the margins of a dirty swamp, a normal world that exists, to which a girl, who has been down a crooked path, can return, or, let’s say, where it’s possible to tell her devastated parents that the one who destroyed her has been punished.
Ведь она возможна только тогда, когда где-то, кое-где у нас порой, пусть и на обочине грязного болота, но существует нормальный мир, куда можно вернуть пошедшую по кривой дорожке девушку или, скажем, сказать безутешным родителям, что ее губитель наказан.